Главная » Книги

Сервантес Мигель Де - Славный рыцарь Дон-Кихот Ламанчский. Часть вторая, Страница 19

Сервантес Мигель Де - Славный рыцарь Дон-Кихот Ламанчский. Часть вторая


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

ы шп³оновъ, что четыре переодѣтыхъ лица проникли въ вашъ городъ съ цѣлью лишить васъ жизни, потому что проницательности вашего ума особенно боятся. Будьте насторожѣ, слѣдите за всѣми, кто къ вамъ приближается, и не ѣшьте ничего, что вамъ будутъ давать. Я позабочусь оказать нимъ помощь, если вы будете въ опасности; но поступайте во всемъ такъ, какъ всѣ ждутъ отъ вашего ума. Здѣсь, 16-го августа, въ четыре часа утра. Вашъ другъ герцогъ. "
   Санчо остолбенѣлъ, и всѣ присутствующ³е не менѣе его были поражены. Онъ сказалъ, обратившись къ мажордому: "Первое, что надо сдѣлать теперь, я хочу сказать сейчасъ,- это упрятать въ тюрьму этого лѣкаря Рес³о, потому что если кто хочетъ убить меня, такъ это онъ, и еще самой медленной и ужасной смертью - голодной. - Мнѣ тоже кажется,- отвѣтилъ метръ-д'отель,- что вашей милости лучше не ѣсть всего, что стоятъ на этомъ столѣ, потому что большую часть этихъ припасовъ поставляютъ монахини, а недаромъ говорится, что за крестомъ прячется дьяволъ.- Я этого не отрицаю,- сказалъ Санчо.- Пусть мнѣ сейчасъ дадутъ добрый ломоть хлѣба и четыре-пять фунтовъ винограда, въ который невозможно вложить яду: вѣдь не могу же я, наконецъ, жить безъ пищи. А если намъ нужно быть готовыми къ битвамъ, которыя намъ грозятъ, такъ нужно хорошенько подкрѣпиться, потому что не сердце несетъ кишки, а кишки несутъ сердце. Вы, секретарь, отвѣтьте моему господину герцогу и напишите, что все до капли, что онъ приказалъ, будетъ исполнено. Пошлите отъ моего имени поцѣлуй ручкамъ госпожи герцогини и прибавьте, что я умоляю ее не забыть послать черезъ нарочнаго мое письмо и посылку женѣ моей Терезѣ Панса; что она этимъ окажетъ мнѣ большую услугу и что я постараюсь служитъ ея всѣмъ, что будетъ мнѣ по силамъ. Между прочимъ можете написать, что я цѣлую руку у моего господина Донъ-Кихота, чтобъ: онъ видѣлъ, что я, какъ говорится, не забылъ старую хлѣбъ-соль. А отъ себя можете, какъ хорош³й бискаецъ, прибавить, что захотите и что будетъ нужно. Теперь пустъ уберутъ со стола и пусть дадутъ мнѣ поѣсть, а послѣ того я сумѣю посчитаться со всѣми шп³онами, уб³йцами и чародѣями, сколько бы ихъ ни обрушилось на меня и на мой островъ."
   Въ эту минуту вошелъ пажъ. "Одинъ крестьянинъ торговецъ,- сказалъ онъ,- желаетъ поговорить съ вашей милостью объ одномъ очень важномъ, какъ онъ увѣряетъ, дѣлѣ.- Что за чудаки эти дѣловые люди!- вскричалъ Санчо.- Неужто же они такъ глупы, что не понимаютъ, что теперь не время являться со своими дѣлами? Развѣ мы, губернаторы и судьи, не люди изъ тѣла и костей? Развѣ они не должны давать намъ отдыхать сколько нужно, или они воображаютъ, что мы мраморные? Клянусь душой и совѣстью, что если губернаторство не выскользнетъ изъ моихъ рукъ (чего я не думаю, сколько могу понять), такъ я образумлю этихъ дѣловыхъ лицей. Ну, а сегодня, такъ я быть, велите этому человѣку войти; но прежде удостовѣрьтесь, что онъ не шп³онъ я не уб³йца.- Нѣтъ, господинъ,- возразилъ пажъ,- у него видъ, какъ у святого, я если онъ не такъ же добръ, какъ добрый хлѣбъ, такъ я, значитъ, ничего не понимаю. - Притомъ бояться нечего,- прибавилъ мажордомъ:- вѣдь мы всѣ здѣсь. - Можно ли будемъ, метръ д'отель,- спросилъ Санчо,- чтобъ теперь, когда докторъ Педро Рес³о ушелъ, я поѣлъ чего-нибудь тяжелаго и существеннаго, хотя бы краюху хлѣба и луковицу? - Сегодня вечеромъ, за ужиномъ,- отвѣтилъ метръ-д'отель,- недостатокъ обѣда будетъ исправленъ, и ваша милость будете удовлетворены и вознаграждены. - Дай-то Богъ! - вздохнулъ Санчо."
   Въ это время вошелъ крестьянинъ, котораго за тысячу миль можно было бы сразу признать за добрую душу и добраго дурака. Прежде всего онъ спросилъ: "Кто здѣсь изъ васъ господинъ губернаторъ? - Кто же,- отвѣтилъ секретарь,- какъ не тотъ, кто сидитъ въ креслѣ.- Тогда я преклонюсь передъ нимъ,- продолжалъ крестьянинъ,- опускаясь на оба колѣна и прося позволен³я поцѣловать у него руку. Санчо руки не далъ и велѣлъ просителю подняться и сказать, что ему нужно. Крестьянинъ повиновался и сейчасъ же началъ: "Я, господинъ, земледѣлецъ, родомъ изъ Митель-Турры, деревни, отстоящей мы двѣ мили отъ С³удадъ-Реаля. - Ну, вотъ вамъ еще одна Тиртеафуэра!- вскричалъ Санчо.- Говорите, братецъ, а Миголь-Турру я отлично знаю, потому что она недалеко отъ моей родины.- Такъ дѣло въ томъ, господинъ,- продолжалъ крестьянинъ,- что я милостью Бога женатъ по законамъ святой римско-католической церкви; у меня два сына студента: младш³я готовятся въ баккалавры, а старш³й въ лиценц³аты. Я вдовъ, потому что жена моя умерла, или, лучше сказать, потому, что ее убилъ плохой лѣкарь, давъ ей слабительнаго, когда она была беременна; а если бы Господу было угодно, чтобы плодъ созрѣлъ и чтобъ это былъ сынъ, я бы послалъ его учиться быть докторовъ, чтобъ онъ не завидовалъ своимъ братьямъ баккалавру и лиценц³ату. - Такъ что,- перебилъ Санчо,- если бы ваша жена не умерла или еслибъ ее не уморили, вы бы теперь не была вдовы? - Нѣтъ, господинъ, ни въ какомъ случаѣ,- отвѣтилъ крестьянинъ. - Вотъ мы и подвинулись впередъ,- сказалъ Санчо.- Дальше, братецъ, дальше; теперь скорѣе время сна, чѣмъ разбирательствъ. - Такъ я говорю,- продолжалъ крестьянинъ,- что тотъ изъ моихъ сыновей, который будетъ баккалавромъ, влюбился въ этомъ самомъ городѣ въ дѣвушку по имени Клара Перлерина, дочь Андрея Перлерино, очень богатаго крестьянина. И имя ихъ Перлерино происходитъ не изъ генеалог³и или какой-нибудь другой земли, а оттого, что всѣ въ ихъ семьѣ калѣки {По-испански perlaticos - паралитики.}, а чтобъ скрасить прозвище, ихъ называютъ Перлерино. Впрочемъ, молодая дѣвушка, сказать по правдѣ, чисто восточная жемчужина. Если на нее глядѣть справа, такъ она похожа на полевой цвѣтокъ; слѣва она не такъ хороша, потому что у нея недостаетъ глаза, котораго она лишилась отъ оспы. И хотя знаковъ и рябинъ на ея лицѣ много, но всѣ, кто ее любитъ, говорятъ, что это не рябины, а ямы, въ которыхъ погребаются души ея возлюбленныхъ. Она такая чистоплотная, что для того, чтобъ не испачкать лица, подобрала, какъ говорится, носъ кверху, такъ что онъ словно убѣгаетъ отъ рта. Не смотря на все это, она восхитительно прекрасна, потому что ротъ у нея большой, и если бъ не десять-двѣнадцать недостающихъ спереди и съ боковъ зубовъ, этотъ ротъ сошелъ бы за одинъ изъ самыхъ красивыхъ. О губахъ я ничего не могу сказать, потому что онѣ такъ тонки и такъ нѣжны, что еслибы губы можно было закатывать, изъ нихъ вышелъ бы клубокъ. Но такъ какъ цвѣтъ ихъ совсѣмъ не такой, какъ всегда бываетъ у губъ, такъ онѣ кажутся странными, потому что усѣяны синими, зелеными и ф³олетовыми крапинками. Да проститъ мнѣ господинъ губернаторъ, что я такъ подробно описываю ему качество той, которая въ концѣ концовъ должна стать моей дочерью: дѣло въ томъ, что я ее очень люблю, и что она не кажется мнѣ дурною.- Описывайте все, что вамъ угодно,- отвѣтилъ Санчо,- потому что это описан³е меня забавляетъ, и еслибъ я пообѣдалъ, мнѣ бы не нужно было лучшаго дессерта, какъ ваше описан³е.- Мнѣ только это и остается дѣлать къ вашимъ услугамъ,- сказалъ крестьянинъ.- Но будетъ время, когда и мы что-нибудь да будемъ значить, хоть теперь и ничего не значимъ. Такъ я говорю, господинъ, что если бъ я могъ описать прелесть и высоту ея стана, такъ всѣ бы попадали отъ восхищен³я. Но это невозможно, потому что она скрючена и сгорблена вдвое, такъ что колѣни ея приходятся около рта, и все таки легко замѣтить, что еслибъ она могла выпрямиться, такъ достала бы головой до крыши. Она бы уже отдала свою руку моему баккалавру, но дѣло въ томъ, что она не можетъ вытянуть ее, потому что рука эта сведена, но по длиннымъ, круглымъ ногтямъ видно, что форма руки ея была бы очень красива". - Ладно ужъ,- замѣтилъ Санчо.- Вообразите, братецъ, что вы уже описали ее съ ногъ до головы; что же дальше? приступайте къ дѣлу безъ обиняковъ и околичностей, безъ урѣзокъ и надставокъ. - Я хотѣлъ бы, Господинъ, чтобъ ваша милость смиловались и дали бы мнѣ рекомендательной письмо къ отцу моей невѣстки,умоляя его поскорѣе сыграть свадьбу, такъ какъ мы не уступимъ одинъ другому ни дарами судьбы, ни дарами природы. И въ самомъ дѣлѣ, по правдѣ сказать, господинъ губернаторъ, мой сынъ одержимъ бѣсомъ, и дня не проходитъ, чтобъ злые духи не мучили его по три-четыре раза; кромѣ того, онъ когда-то въ одинъ прекрасный день попалъ въ огонь, и лицо у него стало такое морщинистое, какъ пергаменть, а глаза мокнутъ и слезятся. Но за то характеръ у него ангельск³й, и если бъ онъ не бился и не колотился, онъ былъ бы просто блаженный. - Нужно вамъ еще чего-нибудь, дружище?- спросилъ Санчо.- Нужно-то нужно,- отвѣтилъ крестьянинъ, - только я не смѣю сказать. Ну, да ужъ будь что будетъ! Нельзя же, чтобъ это осталось у меня въ животѣ. Такъ я говорю, господинъ, чтобъ ваши милость дали мнѣ триста или шестьсотъ золотыхъ на приданое моему баккалавру, т. е. чтобъ помочь ему устроиться, потому что нужно же, чтобъ у этихъ дѣтей было чѣмъ жить самостоятельно, независимо отъ грубыхъ тестей. - Подумайте, не нужно ли вамъ еще чего-нибудь,- сказалъ Санчо,- и не стѣсняйтесь и не бойтесь высказать все. - Нѣтъ, право, больше ничего,- отвѣтилъ крестьянинъ.
   Едва онъ договорилъ эти слова; какъ губернаторъ вскочилъ съ мѣста, схватилъ стулъ, на которомъ сидѣлъ, и вскричалъ: "Клянусь Богомъ, донъ бездѣльникъ, мужикъ и невѣжа, что если вы не удерете и не скроетесь отъ меня, я разобью я размозжу вамъ голову этимъ самымъ стуломъ. Мошенникъ, негодяй, чертова мазилка! Въ такое то время ты являешься просить у меня шестьсотъ золотыхъ! Откуда я возьму ихъ, болванъ ты этакой? и за что мнѣ дать тебѣ ихъ, еслибъ у меня даже было, дуракъ несуразный? Какое мнѣ дѣло до Мигеля Турры и всей своры Перлериновъ? Убирайся, говорятъ тебѣ, или клянусь жизнью моего господина герцога, я сдѣлаю, что сказалъ! Ты, вѣрно, не изъ Мигельтурры, а попросту хитрый плутъ, и адъ прислалъ тебя сюда искушать меня. Скажи, ты, отродье человѣческое: еще нѣтъ и полутора дней, какъ я губернаторствую, а ты хочешь, чтобы я уже накопилъ шестьсотъ золотыхъ!" Метръ д'отелъ сдѣлалъ крестьянину знакъ, чтобы онъ вышелъ, и тотъ ушелъ, понуривъ голову, дѣлая ведъ, что дѣйствительно боится, чтобъ губернаторъ не исполнилъ своей угрозы, потому что плутъ этотъ отлично разыгралъ свою роль.
   Но оставимъ Санчо въ гнѣвѣ, и пусть, какъ говорятся, на сцену выступитъ миръ. Нужно вернуться къ Донъ-Кихоту, котораго мы оставили съ лицомъ, облѣпленнымъ пластырями, лѣчащаго свои кошачьи раны, отъ которыхъ онъ оправился не ранѣе какъ черезъ восемь дней, въ одинъ изъ которыхъ съ нимъ случилось то, что Сидъ Гамедъ обѣщаетъ разсказать съ пунктуальнѣйшей правдивостью, съ которой разсказываетъ всѣ вообще эпизоды этой истор³и, какъ бы безконечно малы они ни были.

0x01 graphic

  

ГЛАВА XLVIII.

О томъ, что случилось съ Донъ-Кихотомъ и доньей Родригесъ, дуэньей герцогини, а равно и о другихъ событ³яхъ, достойныхъ описан³я и вѣчной памяти.

   Грустный и печальный томился Донъ-Кихотъ съ компрессами на лицѣ, отмѣченномъ не Богомъ, а кошачьими когтями: несчастье, знакомое странствующему рыцарству. Цѣлыхъ шесть дней онъ не показывался никому, и въ одну изъ ночей этого невольнаго отшельничества, когда онъ лежалъ, погруженный въ мысля о своихъ несчастьяхъ и о преслѣдован³яхъ Альтисидоры, онъ услыхалъ, какъ щелкнулъ замокъ въ двери его комнаты. Ему сейчасъ же пришло въ голову, что влюбленная дѣвушка явилась посягать на его честность, чтобъ заставить его измѣнить его дамѣ Дульцинеѣ Тобозской. "Нѣтъ! - вскричалъ онъ подъ вл³ян³емъ этой мысли такъ громко, чтобы голосъ его могъ быть услышанъ.- Нѣтъ, восхитительнѣйшая въ м³рѣ красавица не въ силахъ заставить меня хоть на минуту перестать обожать ту, которую я ношу запечатлѣнною въ глубинѣ моего сердца и въ самыхъ нѣдрахъ моихъ внутренности. Пусть ты будешь, о, моя дама, превращена въ крестьянку, употребляющую въ пищу лукъ, или въ нимфу золотого Таго, ткущую золотыя и шелковыя ткани; пусть Мерлинъ или Монтезиносъ держатъ тебя, гдѣ хотятъ; гдѣ бы ты ни была, ты моя, такъ же какъ гдѣ бы я ни былъ я твой - былъ, есмь и буду всегда."
   Едва онъ договорилъ эти слова, какъ отворилась дверь. Донъ-Кихотъ всталъ во весь ростъ на постели, окутанный сверху до низу желтымъ атласнымъ стеганымъ одѣяломъ, въ шапочкѣ на головѣ, съ забинтованнымъ для сокрыт³я царапинъ лицомъ и съ папильотками на усахъ для выпрямлен³я ихъ. Въ такомъ нарядѣ онъ имѣлъ видъ ужаснѣйшаго призрака, какой можно себѣ вообразить. Онъ устремилъ глаза на дверь, ожидая увидѣть нѣжную и покорную Альтисидору, но вмѣсто нея увидалъ почтенную дуэнью съ бѣлымъ покрываломъ на волосахъ, такимъ широкимъ и длиннымъ, что оно закрывало ее, какъ плащъ, съ головы до ногъ. Она держала въ лѣвой рукѣ маленькую зажженную свѣчку, а правой прикрывалась, чтобъ свѣтъ не падалъ ей въ глаза, скрытые, впрочемъ, подъ огромными очками. Она подвигалась волчьимъ шагомъ и на цыпочкахъ. Донъ-Кихотъ глядѣлъ на нее съ своего наблюдательнаго поста {Въ оригиналѣ сказано atalaya; такъ арабы называли башенки на возвышен³яхъ, съ которыхъ развѣдчики слѣдили за движен³ями непр³ятеля, извѣщая при помощи сигналовъ о сдѣланныхъ наблюден³яхъ.}; видя ея нарядъ и замѣтивъ ея молчаливость, онъ вообразилъ, что это какая-нибудь колдунья или волшебница, явившаяся въ такомъ костюмѣ съ цѣлью сыграть съ нимъ злую штуку въ духѣ своего ремесла, и началъ съ живостью креститься.
   Однако, видѣн³е приближалось. Дойдя до середины комнаты, дуэнья подняла глаза и увидала, съ какою быстротой Донъ-Кихотъ крестится, и если онъ испугался при видѣ ея фигуры, то она просто ужаснулась при видѣ его; едва взглянувъ на это длинное, желтое тѣло въ одѣялѣ и съ обезображеннымъ компрессами лицомъ, она закричала: "Господи ²исусе! Что это такое?" Отъ испуга она выронила изъ рукъ свѣчу и, очутившись въ темнотѣ, бросилась бѣжать, но со страху запуталась, въ своемъ платьѣ и растянулась на полу.
   Донъ-Кихотъ, испуганный болѣе прежняго, заговорилъ: "Заклинаю тебя, о, призракъ, или кто бы ты мы былъ, скажи мнѣ, кто ты и чего хочешь отъ меня. Если ты душа въ нуждѣ, то не бойся сказать мнѣ объ этомъ: я сдѣлаю для тебя все, что позволятъ мнѣ мои силы, ибо я христ³анинъ и католикъ и готовъ всѣмъ оказывать услуги; за тѣмъ я избралъ орденъ странствующаго рыцарства, въ обязанности котораго входитъ и оказан³е услугъ душамъ изъ чистилища." Дуэнья, оглушенная паден³емъ, слыша, что ее заклинаютъ и умоляютъ, поняла по собственному страху страхъ Донъ-Кихота и отвѣтила ему тихимъ, скорбнымъ голосомъ: "господинъ Донъ-Кихотъ,- если ваша милость дѣйствительно Донъ-Кихотъ,- я ни призракъ, ни видѣн³е, ни душа изъ чистилища, какъ ваша милость, кажется, думаете, а донья Родригесъ, дуэнья госпожи герцогини, и пришла я къ вашей милости съ одной изъ нуждъ, отъ которыхъ ваша милость имѣете обыкновен³е давать лѣкарство.- Скажите мнѣ, госпожа донья Родригесъ,- перебилъ ее Донъ-Кихотъ;- не съ любовными ли послан³ями вы сюда пришли? Такъ предупреждаю васъ, что я ни для чего не гожусь по причинѣ безподобной красоты моей дамы Дульцинеи Тобозской. Словомъ, я говорю, госпожа донья Родрягесъ, что если только ваша милость оставите всяк³я любовныя поручен³я, такъ можете пойти зажечь свою свѣчу и возвратиться сюда; тогда мы поговоримъ съ вами обо всемъ, что вамъ будетъ угодно и пр³ятно, кромѣ, какъ я уже сказалъ, всякихъ инсинуац³й и подстрекан³й, Я съ поручен³ями отъ кого-нибудь, мой добрый господинъ! - вскричала дуэнья. Ваша милость плохо знаете меня. О, я еще вовсе не такъ стара, чтобъ у меня не было другого развлечен³я, кромѣ такихъ ребячествъ. Слава Богу, у меня въ тѣлѣ еще есть душа и во рту всѣ зубы, верхн³е и нижн³е, кромѣ нѣсколькихъ выпавшихъ отъ трехъ-четырехъ простудъ, столь частыхъ въ Аррагон³и. Но пусть ваша милость подождетъ минутку: я схожу зажгу свѣчу и сейчасъ вернусь, чтобъ разсказать вамъ о своихъ нуждахъ, какъ врачевателю всѣхъ бѣдъ въ м³рѣ."
   И дуэнья, не дожидаясь отвѣта, вышла изъ комнаты, въ которой Донъ-Кихотъ остался въ ожидан³и ея, совершенно успокоенный и оправивш³йся отъ страха. Но скоро его стали обуревать тысячи мыслей по поводу этого новаго приключен³я. Ему казалось, что онъ дурно поступаетъ, подвергая себя опасности нарушить вѣрность, въ которой поклялся своей дамѣ. Онъ сказалъ себѣ: "Кто знаетъ, не попытается ли дьяволъ, вѣчно хитрый и коварный, заставить меня при помощи дуэньи попасть въ ловушку, въ которую не могли меня завлечь императрицы, королевы, герцогиня, графиня и маркизы? Я не разъ слыхалъ отъ людей знающихъ, что дьяволъ, если сможетъ, постарается скорѣе послать человѣку соблазнительницу курносую, нежели съ греческимъ носомъ. Наконецъ, кто знаетъ, не пробудятъ ли это одиночество, эта тишина, этотъ случай моихъ заснувшихъ желан³й и не заставятъ ли они меня пасть на старости лѣтъ, тогда какъ я до сихъ поръ ни разу не спотыкался. Въ такихъ случаяхъ всегда лучше бѣжать, чѣмъ принимать вызовъ... Однако, я, видно, лишился разсудка, если мнѣ могутъ приходить въ голову и на языкъ так³я странныя мысли. Нѣтъ, это невозможно, чтобъ дуэнья въ очкахъ и длинномъ бѣломъ покрывалѣ возбудила сладострастныя мысля даже въ развращеннѣйшемъ въ м³рѣ сердцѣ. Развѣ есть на свѣтѣ дуэнья, которой тѣло не было бы хоть немножко жирно и жестко? развѣ есть во всей вселенной дуэньи, которыя не были бы наглы, жеманны и лицемѣрны? Убирайся же отсюда, шайка въ покрывалахъ, безполезная для человѣческаго спокойств³я. О, какъ хорошо поступала та дама, о которой разсказываютъ, что у нея на скамейкѣ сидѣли съ обѣихъ сторонъ двѣ дуэньи въ видѣ восковыхъ фигуръ, въ очкахъ, съ подушечками и въ такихъ позахъ, точно шьютъ! Онѣ такъ же хорошо служили ей для виду и прилич³я, какъ если бы были настоящими дуэньями."
   Съ этими словами онъ соскочилъ съ постели съ намѣрен³емъ запереть дверь и не впускать къ себѣ дуэньи Родригесъ. Но въ ту самую минуту, какъ онъ взялся за ключъ, донья Родригесъ вернулась съ зажженной свѣчой. Увидавъ вблизи Донъ-Кихота, укутаннаго въ желтое одѣяло, съ компрессами и въ шапочкѣ, она снова почувствовала страхъ и, сдѣлавъ два-три шага назадъ, сказала: "Въ безопасности ли мы, господинъ Донъ-Кихотъ? На мой взглядъ то, что ваша милость сошли съ постели, не служитъ признакомъ большого воздержан³я. - Этотъ же самый вопросъ, сударыня, я могъ бы сдѣлать я вамъ,- возразилъ Донъ-Кихотъ.- Итакъ, я спрашиваю васъ, могу ли я быть увѣренъ, что не подвергнусь ни нападен³ю, ни насил³ю? - У кого или отъ кого вы требуете этой безопасности, господинъ рыцарь? - спросила дуэнья.- У васъ и отъ васъ,- отвѣтилъ Донъ-Кихотъ,- потому что я не мраморный и не бронзовый, и теперь не десять часовъ утра, а полночь и даже нѣсколько позже, какъ мнѣ кажется, и мы находимся въ болѣе отдаленной и уединенной комнатѣ, чѣмъ даже гротъ, въ которомъ дерзк³й измѣнникъ Эней злоупотребилъ прекрасной, нѣжной Дидоной. Но дайте мнѣ руку, сударыня, я не желаю большей безопасности, какъ собственныя мои воздержность и самообладан³е, поддерживаемыя тѣми, которыя прикрываются этимъ покрываломъ". Съ этими словами онъ поцѣловалъ у нея руку и протянулъ ей свою, которую дуэнья приняла съ тѣми же церемон³ями.
   Въ этомъ мѣстѣ Сидъ Гамедъ ставятъ скобки и говоритъ: "Клянусь Магометомъ, я отдалъ бы лучшую изъ имѣющихся у меня шубъ, чтобъ увидѣть, какъ оба эти лица шли объ руку отъ двери къ кровати."
   Наконецъ Донъ-Кихотъ опять легъ на постель, а донья Родригесъ сѣла на стулъ нѣсколько поодаль отъ него, не снимая очковъ и не выпуская изъ рукъ свѣчи. Донъ-Кихотъ свернулся и спрятался подъ одѣяло, оставивъ открытымъ одно лишь лицо, и когда оба они устроились, какъ слѣдуетъ, онъ первый нарушилъ молчан³е. "Теперь,- сказалъ онъ,- госпожа донья Родригесъ, ваша милость можете открыть свои уста и излить все, что заключается въ вашемъ огорченномъ сердцѣ и вашихъ озлобленныхъ внутренностяхъ: и буду слушать васъ цѣломудренными ушами и помогу вамъ милосердными дѣлами". - Я такъ и думала,- отвѣчала дуэнья,- потому что отъ милой и любезной наружности вашей милости ничего, кромѣ такого христ³анскаго отвѣта, и ждать было нельзя. И такъ, дѣло въ томъ, господинъ Донъ-Кихотъ, что хотя ваша милость и видите меня сидящею на этомъ стулѣ и въ самой серединѣ Аррагонскаго королевства, въ костюмѣ дуэньи, постарѣвшую, морщинистую и ни на что негодную, но я родомъ изъ Ов³едской Астур³и и происхожу отъ рода, съ которымъ роднились мног³е знатнѣйш³я фамил³и провинц³и. Но моя несчастная звѣзда и нерадивость моихъ отца и наѵери, которые преждевременно обѣднѣли, не зная какъ и почему, довели меня до Мадрида, гдѣ мои родители, чтобъ устроить свою судьбу и избавить меня отъ большихъ несчаст³й, отдали меня въ качествѣ швеи въ домъ одной знатной дамы, а ваша милость должны знать, что въ дѣлѣ маленькихъ чехловъ и тонкихъ работъ иглой еще ни одна женщина во всю мою жизнь не могла сравниться со мной. Мои родители оставили меня на службѣ, а сами вернулись на родину, откуда, черезъ нѣсколько лѣтъ должны были переселиться на небо, потому что они были добрыми католиками. Я осталась сиротой, не имѣя ничего, кромѣ скуднаго жалованья и мелкихъ милостей, оказываемыхъ въ замкахъ вельможъ такого рода служанкамъ. Но въ кто время, безъ малѣйшаго повода съ моей стороны, въ меня влюбился одинъ изъ оруженосцевъ моихъ господъ. Это былъ человѣкъ уже довольно пожилой, съ большой бородой, почтенный на видъ и, главное, такой же благородный, какъ король, потому что онъ былъ горецъ {Уроженецъ горъ Астур³и, гдѣ всѣ жители считаютъ себя потомками Пелага и его спутниковъ.}. Мы не скрывали своей связи, и она дошла до свѣдѣн³я моей госпожи, которая, во избѣжан³е толковъ и пересудовъ, поженила насъ по законамъ римско-католической церкви. Отъ этого брака у меня родилась дочь, въ довершен³е несчастья,- не то чтобъ я умерла отъ родовъ, нѣтъ, она родилась вовремя и благополучно,- но вскорѣ послѣ того умеръ мой мужъ отъ причиненнаго ему испуга, который былъ такого рода, что, если бъ у меня было время сейчасъ разсказать объ этомъ, я увѣрена, ваша милость очень были бы удивлены." Тутъ дуэнья тихо заплакала и сказала: "Простите меня, ваша милость господинъ Донъ-Кихотъ; я не могу удержаться: каждый разъ, какъ я вспомню о моемъ бѣдномъ покойникѣ, у меня навертываются слезы на глазахъ. Пресвятая Богородица! какъ торжественно онъ провожалъ мою госпожу на спинѣ громаднаго мула, чернаго, какъ агатъ! Тогда не знали ни каретъ, ни портъ-шезовъ, какъ теперь, а дамы ѣздили на крупахъ муловъ позади своихъ оруженосцевъ. Не могу удержаться, чтобъ не разсказать вамъ этой истор³и, для того чтобъ вы видѣли, какъ мой добрый мужъ былъ обходителенъ и аккуратенъ. Однажды въ Мадридѣ, когда онъ въѣзжалъ на улицу Сантьяго, которая немного узка, навстрѣчу ему выѣхалъ придворный алькадъ съ двумя альгвазилами впереди. Едва добрый оруженосецъ увидалъ это, какъ повернулъ своего мула, дѣлая видъ, что хочетъ послѣдовать за алькадомъ. Моя госпожа, ѣхавшая на крупѣ позади его, тихо спросила его: "Что вы дѣлаете, презрѣнный? Развѣ вы не видите, что я здѣсь?" Алькадъ въ качествѣ учтиваго человѣка остановилъ свою лошадь и сказалъ: "Ступайте своей дорогой, сударь, это я долженъ слѣдовать за доньей Кассильдой (такъ звали мою госпожу)." Но мой мужъ, держа шляпу въ рукахъ, настаивалъ на томъ, что онъ послѣдуетъ за алькадомъ. Видя это, моя госпожа, разсерженная и разгнѣванная, взяла въ руку толстую булавку, или, лучше сказать, вынула изъ футляра шило и воткнула его ему въ поясницу. Мой мужъ страшно вскрикнулъ, скорчился и упалъ на землю вмѣсти со своей госпожой. Лакеи госпожи и алькадъ и его альгвазилы бросились подымать ее. Это переполошило всю Гвадалахару, т. е. всѣхъ находившихся тамъ ротозѣевъ. Моя госпожа вернулась домой пѣшкомъ, а мой мужъ укрылся въ лавкѣ цирюльника, говоря, что всѣ внутренности у него истерзаны. Его учтивость стала такъ извѣстна и надѣлала столько шума, что за нимъ бѣгали по улицамъ мальчишки. По этой причинѣ и потому, что онъ былъ немножко близорукъ, моя госпожа уволила его, и горе, причиненное ему этимъ, и вызвало, я увѣрена, болѣзнь, отъ которой онъ умеръ. Я осталась вдовой, безъ средствъ, съ дочерью на рукахъ, красота которой съ каждымъ днемъ росла, какъ пѣна морская. Наконецъ, такъ какъ я славилась, какъ замѣчательная швея, госпожа герцогиня, вышедшая замужъ за моего господина герцога, вздумала увезти меня съ собой въ Аррагонское королевство, а также и мою дочь, все мое добро. Тѣмъ временемъ дочь моя выросла, а съ ней вмѣстѣ выросли и всѣ прелести въ м³рѣ. Она поетъ, какъ жаворонокъ, танцуетъ, какъ мысль, читаетъ и пишетъ, какъ школьный учитель, и считаетъ, какъ ростовщикъ. Какъ она блюдетъ себя, нечего и говорить, потому что текучая вода не можетъ быть чище ея; и теперь ей, сколько мнѣ помнится, шестнадцать лѣтъ, пять мѣсяцевъ и три дня, или однимъ больше или меньше. Такъ вотъ въ эту мою дочь влюбился сынъ очень богатаго земледѣльца, живущ³й въ одной изъ деревень моего господина герцогъ, недалеко отсюда; потомъ, не знаю какъ, они сумѣли сойтись, и молодой человѣкъ, обѣщавш³й моей дочери жениться на ней, соблазнилъ ее. А теперь онъ не хочетъ исполнить обѣщанья, и хотя мой господинъ герцогъ знаетъ всю эту истор³ю, потому что я жаловалась ему, и не разъ, а много разъ, и просила его заставить этого крестьянина жениться на моей дочери, но онъ остается глухъ къ моимъ просьбамъ и почти не слушаетъ меня. Дѣло въ тохъ, что онъ не хочетъ причинить непр³ятность или какое бы то ни было безпокойство отцу соблазнителя, который въ качествѣ очень богатаго человѣка часто ссужаетъ его деньгами и прикрываетъ всѣ его глупости. Такъ вотъ я и хотѣла бы, мой добрый господинъ, чтобъ ваша милость взялись поправить эту бѣду, просьбами или оруж³емъ, потому что всѣ говорятъ, что ваша милость пр³ѣхали сюда поправлять всяк³я бѣды, исправлять зло и помогать несчастнымъ. Подумайте, ваша милость, о моей покинутой дочери-сиротѣ, о ея прелести, молодыхъ годахъ и всѣхъ талантахъ, которыя я вамъ описала. Клянусъ душой и совѣстью, что изо всѣхъ служанокъ госпожи герцогини ни одна и въ подметки не годится моей дочери, потому что даже нѣкая Альтисидора, которую считаютъ за самую бойкую и искусную, и та на цѣлую милю не подходитъ къ моей дочери, если ихъ сравнить. Ваша милость должны знать, что не все то золото, что блеститъ. У этой маленькой Альтисидоры больше чванства, чѣмъ красоты, и больше нахальства, чѣмъ сдержанности; не говоря ужъ о томъ, что она далеко не святая, потому что у нея такъ несетъ изо рта, что невозможно и минутки стоять около нея, и даже госпожа герцогиня.... Но я лучше замолчу, потому что говорятъ, что и у стѣнъ есть уши.- Что же госпожа герцогиня, донья Родригесъ? - спросилъ Донъ-Кихотъ.- Заклинаю васъ моей жизнью, говорите. - Когда меня такъ заклинаютъ,- отвѣтила донья Родригесъ,- я не могу не отвѣтить по совѣсти на то, о чемъ меня спрашиваютъ. Вѣдь вы видите, господинъ Донъ-Кихотъ, красоту госпожи герцогини, ея цвѣтъ лица, блестящ³й, какъ отполированная шпага, ея щеки, похож³я на лил³и и розы и напоминающ³я одна солнце, другая луну? Вы видите, какъ гордо она выступаетъ, топча и презирая землю, такъ что можно подумать, что она сѣетъ и распространяетъ здоровье повсюду, куда вы придетъ. Ну, такъ знайте, что за все это она прежде всего должна благодарить Бога, а потомъ два фонтана {Такъ назывались прижигательныя средства (См. Gil Bios, книга VII, гл. I).}, которые находятся у вся на ногахъ и черезъ которые вытекаютъ всѣ нездоровые соки, наполняющ³е ее, какъ говорятъ доктора. - Пресвятая Богородица! - вскричалъ Донъ-Кихотъ.- Неужели у госпожи герцогини бываютъ так³я истечен³я? Я не повѣрилъ бы этому, если бы даже услыхалъ это отъ босоногихъ кармелитскихъ монаховъ; но когда госпожа донья Родригесъ это говоритъ, такъ значитъ, это правда. Однако изъ такихъ фонтановъ, находящихся на такихъ мѣстахъ, должны течь не нездоровые соки, а жидкая амбра. Право, я начинаю думать, что этотъ обычай открывать себѣ фонтаны очень полезенъ для здоровья {Эти прижигательныя средства и заволоки за рухахъ и на ногахъ и даже на затылкѣ были въ большомъ ходу во времена Сервантеса. Мат³асъ де Лера, хирургъ Филиппа IV, говоритъ въ своемъ трактатѣ объ этомъ предметѣ, что одни употребляютъ это средство противъ обыкновенныхъ болѣзней, друг³е для предупрежден³я этихъ болѣзней, а иные вовсе безъ надобностей, а только для того, чтобъ войти въ моду. (Prаtica de fuentes у sus utilidades.)}."
   Едва Донъ-Кихотъ договорилъ эти слова, какъ кто-то сильнымъ ударомъ отворилъ дверь его комнаты. Испугъ заставилъ донью Родригесъ выронить изъ рукъ свѣчу, и въ комнатѣ, что называется, зги стало не видать. Бѣдная дуэнья почувствовала, что кто-то сжалъ въ рукахъ ея горло, да такъ сильно, что она не могла даже вскрикнуть; потомъ кто-то другой приподнялъ ей юбки и принялся изо всѣхъ силъ безжалостно сѣчь ее чѣмъ то въ родѣ туфли. Донъ-Кихотъ, хотя и проникнутый жалост³ю, не трогался съ постели, не зная, что все это значитъ; онъ лежалъ тих³й и молчаливый, боясь, какъ бы наказан³е не обрушилось и на него. И страхъ его былъ не напрасенъ, потому что, хорошенько исколотивъ дуэнью, которая не осмѣлялась даже пикнуть, невидимые палачи подошли къ Донъ-Кихоту и, высвободивъ его изъ простынь и одѣялъ, такъ сильно и часто стали его щипать, что онъ довольно началъ защищаться кулаками,- и всѣ это совершенно безмолвно. Батал³я продолжалась съ полчаса, затѣмъ призраки исчезли. Донья Родригесъ оправила свои юбки и, испуская стоны по поводу обрушившейся на нее бѣды, вышла, не сказавъ ни слова Донъ-Кихоту, который остался исщипанный и помятый, сконфуженный и угнетенный на своей постели, гд? мы его и оставимъ погруженнымъ въ размышлен³е о томъ, какой злой чародѣй довелъ ого до такого состоян³я. Но это въ свое время объяснится, а теперь послѣдовательность разсказа требуетъ, чтобы мы возвратились къ Санчо Панса, который насъ призываетъ.

0x01 graphic

ГЛАВА XLIX.

Что случилось съ Санчо Панса при обходѣ имъ острова.

   Мы оставили великаго губернатора въ гнѣвѣ противъ крестьянина, изобразителя каррикатуръ, который, хорошо подготовленный мажордомомъ, насмѣхался надъ Санчо Панса такъ же какъ послѣдн³й, подговоренный герцогомъ. Однако, Санчо, какъ ни былъ простъ, смѣло боролся съ ними со всѣми, не уступая ни шагу. Онъ сказалъ всѣмъ окружающимъ, не исключая и доктора Педро Рес³о, вошедшаго въ залу послѣ чтен³я секретной депеши отъ герцога: "Правда, я теперь вижу, что судьи и губернаторы должны быть или сдѣлаться бронзовыми, чтобы не чувствовать нахальства тяжущихся, которые хотятъ, чтобъ ихъ во всяк³й часъ и во всякую минуту выслушивали, рѣшая ихъ дѣла и, чтобы ни случилось, не обращая ни малѣйшаго вниман³я ни на что, кромѣ этихъ дѣлъ, и если бѣдный судья не выслушаетъ и не рѣшитъ ихъ дѣлъ, потому ли, что не можетъ, или что не наступилъ часъ ауд³енц³й, они проклинаютъ его, кусаютъ, рвутъ, грызутъ его кости и даже оспариваютъ его благородство. Глупый, смѣшной торговецъ, не торопись такъ: погоди, пока настанетъ время и будетъ случай рѣшить твое дѣло; не приходи въ обѣденный часъ или когда пора ложиться спать, потому что и судьи тоже сдѣланы изъ мяса и костей, и они должны отдавать природѣ то, что она отъ нихъ требуетъ,- только, впрочемъ, не я, потому что я ничего не даю ѣсть своей природѣ, благодаря господину доктору Педро Рес³о Тиртеафуэра, здѣсь находящемуся, который хочетъ, чтобы я умеръ съ голоду, и увѣряетъ, что эта смерть и есть жизнь. Да пошлетъ Богъ такую же смерть и ему, и всѣмъ людямъ его породы, т. е. злымъ лѣкарямъ, потому что добрый заслуживаютъ лавровыхъ вѣнковъ."
   Всѣ звавш³е Санчо Панса удивлялись, слыша отъ него такую изящную рѣчь, и не знали, чему приписать эту перемѣну, если не тому, что важные и серьезные посты или пробуждаютъ или обостряютъ умы. Наконецъ, докторъ Педро Рес³о Агуэро де Тиртеафуера обѣщалъ позволить ему въ этотъ вечеръ поужинать, хотя бы ему пришлось для этого пренебречь всѣми афоризмами Гиппократа. Это обѣщан³е исполнило губернатора радостью, и онъ съ величайшимъ нетерпѣн³емъ сталъ ждать наступлен³я ночи и вмѣстѣ съ тѣмъ времени ужина. И хотя ему казалось, что время остановилось и не двигалось съ мѣста, но столь пылко желанный имъ моментъ наконецъ наступилъ, и ему дали поужинать холоднымъ рубленымъ мясомъ съ лукомъ и не совсѣмъ свѣжими телячьими ножками. Онъ набросился на эти блюда съ большимъ удовольств³емъ, чѣмъ если бъ ему подали миланскихъ франколиновъ, римскихъ фазановъ, соррентской телятины, морокскихъ куропатокъ или лавахосскихъ гусей. Во время ужина онъ сказалъ, обращаясь къ доктору: "Послушайте, господинъ докторъ, не трудитесь впередъ наставлять меня ѣсть питательныхъ вещей и тонкихъ блюдъ: это все равно, что снимать съ петель мой желудокъ, который привыкъ къ козлятинѣ, баранинѣ, салу, солонинѣ, брюквѣ и луку. А если ему дадутъ царскихъ соусовъ, такъ онъ приметъ ихъ угрюмо, а иной разъ и съ отвращен³емъ. Самое лучшее что можетъ сдѣлать метръ-д'отель, это - подавать мнѣ кушанья, которыя называются блюдами изъ разныхъ мясъ съ овощами {Ollas podridas. Въ это блюдо входили говядина, баранина, сало, куры, куропатки, колбаса разныхъ сортовъ, овощи и всяк³я приправы.}; они чѣмъ больше испорчены, тѣмъ вкуснѣе, и онъ можетъ валять туда все, что захочетъ, лишь бы это было съѣдобное; я буду ему очень благодаренъ и даже заплачу ему за это какъ-нибудь. Но пусть никто не смѣется надо мной, потому что вѣдь мы или живемъ, или не живемъ. Будемъ всѣ ѣсть и пить мирно и дружно, потому что Богъ велитъ солнцу свѣтить для всѣхъ. Я буду управлять этимъ островомъ, ничего не беря и никому не позволяя ничего брать. Но пусть всѣ берегутся и будутъ на сторожѣ, потому что и покажу имъ, гдѣ раки зимуютъ, и покажу, что пусть мнѣ только дадутъ случай, и я надѣлаю чудесъ, а не то станьте медомъ, и пусть мухи васъ поѣдятъ.- Дѣйствительно, господинъ губернаторъ,- сказалъ метръ-д'отель,- ваша милость совершенно правы во всемъ, что говорите, и я ручаюсь за всѣхъ островитянъ этого острова, что они будутъ служить вашей милости съ точностью, любовью и благоволен³емъ, потому что любезный способъ управлен³я, котораго ваша милость держитесь съ самаго начала, не дозволяетъ ни дѣлать, ни думать ничего такого, что доказывало бы ихъ забвен³е обязанностей относительно вашей милости. - Я думаю,- отвѣчалъ Санчо,- они были бы дураками, если бы дѣлали или думали иначе. Повторяю только, чтобъ заботились о питан³и моемъ и моего Сѣраго; это главное здѣсь и самое нужное. Когда наступитъ время, мы совершимъ обходъ, потому что я намѣренъ очистить островъ ото всякаго рода дряни, бродягъ, бездѣльниковъ и людей, занимающихся дурнымъ дѣломъ. Надо вамъ знать, друзья мои, что въ государствѣ люди безъ дѣла и лѣнивые то же, что трутни въ ульѣ, съѣдающ³е медъ, заготовляемый трудолюбивыми пчелами. Я думаю покровительствовать рабочимъ, сохранить за гидальго ихъ преимущества, вознаградить добродѣтельныхъ людей, а главнымъ образомъ, требовать уважен³я къ религ³и и къ благочестивымъ людямъ. Что вы объ этомъ скажете, друзья? А? Говорю я что-либо толковое или стукаюсь головой объ стѣну? - Ваша милость говорите такимъ образомъ, господинъ губернаторъ,- сказалъ мажордомъ,- что я удивленъ, какъ человѣкъ, такъ мало ученый, какъ ваша милость, чему я вовсе не вѣрю, говоритъ так³я вещи полныя вѣрныхъ изречен³й и мудрыхъ правилъ, столь далекихъ отъ того, чего отъ ума вашей милости ожидали пославш³е насъ сюда и мы сюда отправлявш³еся. Каждый день мы видимъ новыя вещи: шутки обращаются въ сер³озную дѣйствительность, а насмѣшники оказываются осмѣянными."
   Ночь наступила, и губернаторъ, какъ было сказано, отужиналъ съ разрѣшен³я доктора Рес³о. Одѣвшись для обхода, онъ вышелъ съ мажордомомъ, секретаремъ, метръ-д'отелемъ, хроникеромъ, которому поручено было записывать всѣ его дѣйств³я и движен³я, и съ такимъ множествомъ альгвазиловъ и судейскихъ чиновниковъ, что изъ нихъ можно было бы составить небольшой эскадронъ. Санчо шелъ среди нихъ, съ жезломъ въ рукахъ, и производилъ прекрасное впечатлѣн³е. Только что прошли они нѣсколько улицъ, какъ услышали шумъ отъ ударовъ шпагами. Они бросились туда и увидали, что бой происходитъ всего только между двумя. Увидавъ, что правосуд³е близко, сражавш³еся остановились, и одинъ изъ нихъ воскликнулъ: "Во имя Бога и короля! Можно ли терпѣть, чтобъ здѣсь грабили среди города и нападали на улицахъ, какъ на большой дорогѣ? - Успокойтесь, честный человѣкъ,- сказалъ Санчо,- и разскажите мнѣ причину вашей ссоры: я губернаторъ. - Господинъ губернаторъ,- заговорилъ другой, я разскажу вамъ все, какъ можно короче. Ваша милость должны знать, что этотъ дворянинъ сейчасъ выиралъ вотъ въ томъ игорномъ домѣ напротивъ болѣе тысячи реаловъ, и Богъ одинъ знаетъ какъ. А такъ какъ я присутствовалъ при этомъ, то рѣшилъ не одинъ сомнительный ходъ въ его пользу, въ противность всему, что подсказывала мнѣ совѣсть. Онъ ушелъ со своимъ выигрышемъ. Я ожидалъ, что онъ дастъ мнѣ въ награду хоть одинъ золотой, какъ полагается и водится давать такимъ, какъ я, знатнымъ людямъ {Barato назывался родъ вознагражден³я, дававш³йся выигравшими игроками зрителямъ, державшимъ ихъ сторону. Эти зрители, называвш³еся barateros или miroties, дѣлились на pedagogo, или gantos, учившихъ новичковъ игрѣ, и doncaires, руководившихъ ими во время игры и рѣшавшихъ сомнительные ходы. Barato называлось также то, что игроки платили за карты и освѣщен³е хозяевамъ игорныхъ домовъ, которые содержались какъ знатными вельможами, тамъ и бѣдными людьми, и назывались разными именами, какъ tablages, tablagerias, cotas de conversacion, leneras, mandrachos, encierros, garitos.}, которые собираются, чтобъ такъ или иначе провести время, защищать несправедливости и предупреждать ссоры, но онъ спряталъ свой выигрышъ въ карманъ и ушелъ себѣ изъ дому. Я съ сердцемъ побѣжалъ вслѣдъ за нимъ и вѣжливо попросилъ, чтобъ онъ далъ мнѣ хоть восемь реаловъ, потому что онъ знаетъ отлично, что я человѣкъ честный и что у меня нѣтъ ни ремесла, ни доходовъ, такъ какъ родители мои не научили меня первому и не оставили второго. Но этотъ плутъ, который вороватѣе Какуса и плутоватѣе Андрадиллы, не захотѣлъ дать мнѣ болѣе четырехъ реаловъ. Видите, господинъ губернаторъ, какъ у него мало стыда и совѣсти! Но, право же, если бъ ваша милость не пришли, я бы ему задалъ хорош³й выигрышъ, и онъ бы у меня научился разсчитываться. - Что вы на это скажете?" спросилъ Санчо. - Обвиняемый отвѣтилъ: "Все, что сказалъ мой противникъ, правда. Я не хотѣлъ дать ему болѣе четырехъ реаловъ, потому что часто даю ихъ ему, а кто ждетъ благодарности отъ игроковъ, тотъ долженъ быть вѣжливъ и довольствоваться тѣмъ, что ему даютъ, не торгуясь съ выигравшими, если только это не мошенники и если ихъ выигрышъ не обманный. А чтобъ показать, что я честный человѣкъ, не нужно лучшаго доказательства, какъ то, что я ничего не хотѣлъ ему давать, потому что мошенники вѣчные данники зрителей, которые ихъ знаютъ. - Это правда,- замѣтилъ мажордомъ.- Пусть ваша милость, господинъ губернаторъ, рѣшитъ, что дѣлать съ этими людьми. - Вотъ что нужно съ ними дѣлать,- отвѣтилъ Санчо;- вы, выигравш³й, хорош³й или дурной, или ни то мы другое, дайте сейчасъ же своему противнику сто реаловъ и, кромѣ того, еще тридцать въ пользу бѣдныхъ заключенныхъ. А вы, не имѣющ³й ни ремесла, вы доходовъ, и живущ³й на этомъ островѣ сложа руки, берите скорѣе эти сто реаловъ и завтра же днемъ уѣзжайте съ этого острова въ десятилѣтнее изгнан³е, подъ страхомъ на томъ свѣтѣ закончить срокъ, если вы его нарушите, потому что я вздерну васъ на висѣлицу, т. е. палачъ вздернетъ васъ по коему приказан³ю. И никто не смѣй возражать, а не то худо будетъ."
   Одинъ выдалъ деньги, другой принялъ; второй покинулъ островъ, а первый отправился къ себѣ домой. Тогда губернаторъ сказалъ: "Или я окажусь безсиленъ, или уничтожу эти игорные дома, потому что, я полагаю, они дѣлаютъ много зла. - Этого, по крайней мѣрѣ, ваша милость не уничтожите,- замѣтилъ одинъ актуар³усъ,- потому что его содержитъ одинъ важный вельможа, который ежегодно теряетъ на немъ гораздо больше, чѣмъ выручаетъ отъ картъ. Ваша милость можете показать свою власть на игорныхъ домахъ низшаго разбора: они дѣлаютъ всего болѣе зла и скрываютъ въ себѣ наиболѣе подлостей. Въ домахъ же дворянъ и знатныхъ вельможъ знаменитые мошенники не осмѣливаются пускать въ ходъ свои ловк³я штуки. А такъ какъ эта страсть къ игрѣ такъ распространилась повсюду, то ужъ лучше пусть играютъ въ домахъ знатныхъ людей, чѣмъ у какихъ-нибудь мастеровыхъ, гдѣ несчастнаго держатъ съ полуночи до утра, чтобъ обобрать его, какъ липку {Modoros назывались опытные мошенники, которые спали половину ночи и, освѣжившись, налетали послѣ полуночи на разгорячившихся игроковъ, которыхъ при этомъ легко обирали. Это называлось на ихъ жаргонѣ "приберегать себя для сбора колосьевъ послѣ жатвы" (quedarse à la espiga).}. - О, объ этомъ, актуар³усъ,- отвѣтилъ Санчо,- я знаю, что есть что поразсказать."
   Въ это время подошелъ стрѣлокъ изъ объѣздной команды, державш³й за шиворотъ какого-то молодого человѣка. "Господинъ губернаторъ,- сказалъ онъ,- этотъ парень шелъ сюда, но, увидавъ правосуд³е, повернулъ оглобли и пустился удирать, какъ олень,- вѣрный признакъ, что это какой-нибудь преступникъ. Я бросился его догонять, но, не споткнись онъ и не упади во время бѣга, мнѣ бы его не поймать. - Почему ты удиралъ, молодой человѣкъ? - спросилъ Санчо.- Господинъ,- отвѣтилъ юноша,- я хотѣлъ избѣжать отвѣта на безчисленные вопросы, которые задаютъ судьи. - А какое твое ремесло? - Я ткачъ. - А что ты ткешь? - Желѣзо для коп³й, съ позволен³я вашей милости. - А, вы разыгрываете шута, изволите потѣшаться надо мной? Прекрасно! Но куда же вы теперь идете? - Подышать свѣжимъ воздухомъ. - А гдѣ здѣсь на островѣ дышатъ свѣжимъ воздухомъ? - Тамъ, гдѣ дуетъ. - Хорошо, вы славно отвѣчаете, вы умны, молодой человѣкъ. Ну, такъ представьте себѣ, что я воздухъ, что я дую вамъ по пути и что я толкаю васъ въ тюрьму. Эй! схватить его и увести: я заставлю его тамъ проспать ночь, и безъ всякаго воздуха. - Ей-Богу,- возразилъ молодой человѣкъ,- ваша милость такъ же заставите меня спать тамъ, какъ сдѣлаете королемъ. - А почему же я тебя не заставлю спать въ тюрьмѣ? - спросилъ Санчо:- развѣ не въ моей власти брать и отпускать тебя, сколько мнѣ заблагоразсудится? - Какова бы вы была власть вашей милости,- отвѣтилъ молодой человѣкъ,- ея не хватитъ на то, чтобъ заставить меня спать въ тюрьмѣ. - Почему же нѣтъ? - переспросилъ Санчо.- Уведите его скорѣе, и пусть онъ собственными своими глазами убѣдится въ этомъ, хотя бы тюремщикъ и пожелалъ примѣнить къ нему свое корыстное снисхожден³е. Я оштрафую его двумя тысячами золотыхъ, если онъ хоть на шагъ выпуститъ тебя изъ тюрьмы. - Все это безполезно,- отвѣтилъ молодой человѣкъ,- и я говорю, что ни одинъ человѣкъ въ м³рѣ не заставитъ меня спать въ тюрьмѣ. - Скажи мнѣ, дьяволъ,- вскричалъ Санчо:- что, у тебя есть къ твоимъ услугамъ ангелъ, который бы вывелъ тебя изъ тюрьмы и снялъ съ тебя колодки, въ которыя я собираюсь заковать тебя? - Полноте, господинъ губернаторъ,- развязно сказалъ молодой человѣкъ,- будемъ благоразумны и объяснимся. Предположимъ, что ваша милость отправите меня въ тюрьму, что меня закуютъ въ цѣпи и колодки, что меня бросятъ въ темницу, что вы назначите строгое наказан³е тюремщику, если онъ выпуститъ меня, и что онъ покорится вашимъ приказан³ямъ; со всѣмъ тѣмъ, если я не пожелаю спать, если я захочу бодрствовать всю ночь, не смыкая глазъ, развѣ ваша милость при всей своей власти можете заставить меня спать противъ воли? - Конечно, нѣтъ! - вскричалъ секретарь: - парень славно выпутался. - Значитъ,- спросилъ Санчо,- если вы не станете спать, такъ это будетъ для того, чтобъ исполнить свою волю, а не чтобы идти противъ моей? - О, понятно, сударь,- отвѣтилъ молодой человѣкъ.- Я объ этомъ не думалъ. - Ну, такъ ступайте съ Богомъ,- рѣшилъ Санчо.- Идите домой спать, и да пошлетъ вамъ Богъ добраго сна, потому что я не хочу лишать васъ его. Но совѣтую вамъ впередъ не играть съ правосуд³емъ, потому что вы можете когда нибудь нарваться на такое, отъ котораго вамъ не поздоровится.
   Молодой человѣкъ ушелъ, а губернаторъ продолжалъ свой обходъ. Черезъ нѣсколько минутъ къ нему подошли два стрѣлка, державш³е за руки какого-то человѣка. "Господинъ губернаторъ,- сказали они,- эта личность, которая кажется мужчиной, вовсе не мужчина, а переодѣтая мужчиной женщина, и, право, не безобразная." Когда плѣнника освѣтили двумя-тремя фонарями, присутствующ³е увидѣли при свѣтѣ ихъ лицо молодой дѣвушки лѣтъ шестнадцати-семнадцати, съ волосами, собранными въ зеленую шелковую сѣтку съ золотомъ, и прекрасную, какъ тысячи восточныхъ жемчужинъ. Ее осмотр

Другие авторы
  • Зуттнер Берта,фон
  • Яковенко Валентин Иванович
  • Северцов Николай Алексеевич
  • Энгельгардт Егор Антонович
  • Галанский Сергей
  • Ксанина Ксения Афанасьевна
  • Вонлярлярский Василий Александрович
  • Славутинский Степан Тимофеевич
  • Зелинский Фаддей Францевич
  • Бескин Михаил Мартынович
  • Другие произведения
  • Невельской Геннадий Иванович - Подвиги русских морских офицеров на крайнем Востоке России
  • Пембертон Макс - Подводное жилище
  • Брешко-Брешковский Николай Николаевич - А.Г. Левенсон. Беллетристика о революции
  • Дорошевич Влас Михайлович - Дисциплинарный батальон
  • Розанов Василий Васильевич - Делающие и неделающие в университете
  • Котляревский Иван Петрович - Ене³да
  • Стороженко Николай Ильич - Кристофер Марло
  • Белинский Виссарион Григорьевич - Опыт системы нравственной философии
  • Телешов Николай Дмитриевич - Ёлка Митрича
  • Лермонтов Михаил Юрьевич - Д. П. Святополк-Мирский. Лермонтов. Проза Лермонтова
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (20.11.2012)
    Просмотров: 338 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа