Главная » Книги

Диккенс Чарльз - Лавка древностей, Страница 13

Диккенс Чарльз - Лавка древностей


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

123;чала бы презрѣн³емъ на всѣ ихъ разсказы и не поддалась бы ни за что въ м³рѣ.
   - Хи, хи, хихикалъ Брассъ.- Онъ такъ низко палъ, раболѣпствуя передъ этими господами, что, точно, можно было подумать, онъ съ сестрой помѣнялся ролями и передалъ ей ничтожную частичку мужества, которая предполагается въ каждомъ мужчинѣ.- Хи, хи, это тебѣ такъ кажется, Сарра, а пришлось бы рѣшать, повѣрь, дружище, и ты не устояла бы. Ты, конечно, не забыла правила, которое проповѣдывала старая лисица - я говорю о нашемъ почтенномъ родителѣ, господа - "относись съ подозрѣн³емъ къ каждому человѣку". Этимъ правиломъ слѣдуетъ руководствоваться всю жизнь. Если тогда, какъ я отворилъ дверь, ты еще не рѣшалась признаться во всемъ, чтобы избѣгнуть суда, то ужъ въ настоящую-то минуту дѣло навѣрно было бы покончено. Поэтому я и поспѣшилъ взять на себя весь трудъ и срамъ. Господа - яко бы взволнованнымъ голосомъ обратился онъ къ присутствующимъ - пусть весь срамъ - если только здѣсь можетъ быть о немъ рѣчь - падетъ на меня: женщину слѣдуетъ щадить въ подобныхъ случаяхъ.
   Не смотря на все наше уважен³е къ мудрости самого Брасса и главнымъ образомъ къ авторитету его великаго предка, проповѣдывавшаго такое возвышенное правило, которому потомокъ его, по собственному признан³ю, неуклонно слѣдовалъ въ жизни, мы осмѣливаемся высказать нѣкоторое сомнѣн³е насчетъ цѣлесообразности этого принципа въ его примѣнен³и къ житейсюшъ дѣламъ. Наше сомнѣн³е является чѣмъ-то чудовшцнымъ по своей смѣлости, если принять въ соображен³е, что вышеупомянутый принципъ всегда служилъ и до сего дня служить путеводной звѣздой, компасомъ для великаго множества людей, такъ называемыхъ знатоковъ свѣта, людей-дѣльцовъ, хитрыхъ канал³й, прошедшихъ сквозь огонь и воду, и все-таки мы остаемся при нашемъ сомнѣн³и и даже постараемся подтвердить его примѣромъ, находящимся тутъ же, подъ рукой, а именно: если бы Брассъ не былъ такъ подозрителенъ, не бѣжалъ бы за сестрой по пятамъ и не подслушивалъ бы у дверей, а предоставилъ бы ей самой выпутаться изъ бѣды, какъ она знаетъ, или, подслушавъ, не бросился бы, вслѣдств³е все той же зависти и подозрительности, впередъ, чтобы предупредить ея показан³я, очень можетъ быть, что она умнѣе повела бы дѣло и въ концѣ концовъ для него же было бы лучше. Такъ-то всегда бываетъ и съ знатоками свѣта, которые отъ колыбели и до могилы ходятъ закованные въ броню. Эта броня, яко бы защищающая ихъ отъ бѣдъ, отстраняетъ отъ нихъ и все доброе, не говоря уже о томъ, какъ неудобно и въ сущности нелѣпо носить постоянно тяжелую кольчугу и вѣчно быть насторожѣ, не выпуская изъ рукъ микроскопа.
   Посовѣтовавшись наскоро съ пр³ятелями, нотар³усъ указалъ Брассу на письменный столъ и предложилъ ему, если онъ желаетъ, записать свои показан³я. Вмѣстѣ съ тѣмъ онъ счелъ необходимымъ предупредить его, что онъ долженъ будетъ отправиться съ ними къ мировому судьѣ, но что они предоставляютъ ему полную свободу говорить и поступать какъ ему угодно.
   - Господа, сказалъ Брассъ, снимая перчатки и въ душѣ пресмыкаясь передъ рѣшителями своей судьбы.- Повѣрьте мнѣ, я постараюсь заслужить снисходительность, которая будетъ мнѣ оказана. Безъ этой снисходительности мое положен³е теперь, разъ все уже открыто, оказалось бы гораздо хуже, чѣмъ остальныхъ обвиняемыхъ, поэтому вы можете положиться на меня: я чистосердечно признаюсь во всемъ. Мистеръ Визерденъ, я чувствую, что слабѣю. Будьте такъ любезны, велите подать стаканъ чего нибудь горяченькаго съ примѣсью какихъ нибудь пряностей. Не смотря на стрясшуюся надо мной бѣду, я съ удовольств³емъ, хотя и съ нѣкоторой грустью выпью за ваше здоровье. Ахъ, господа, и Брассъ печально обвелъ вокругъ глазами, - а я надѣялся, что не сегодня - завтра, вы всѣ трое удостоите мой скромный домъ вашимъ посѣщен³емъ. Но увы! надежды призрачны.
   Брассъ такъ расчувствовался, что уже мы въ состоян³и былъ ни говорить, ни писать, пока не принесли подкрѣпительнаго. Не смотря на свое волнен³е, онъ хватилъ его черезъ мѣру и тогда уже взялся за перо.
   Въ то время, какъ онъ писалъ, прелестная Сарра ходила по комнатѣ большими, мужскими шагами, складывая руки то на груди, то за спиной. Иной разъ она останавливалась, вынимала изъ кармана пустую табакерку и грызла крышку. Утомившись ходьбой, она присѣла на стулъ у двери и заснула.
   Есть нѣкоторое основан³е предполагать, что она только притворялась спящей: когда наступили сумерки, она незамѣтно улизнула изъ комнаты. Ушла-ли она въ бодрствующемъ или сонамбулическомъ состоян³и - вопросъ такъ и остался не рѣшеннымъ. Но на одномъ пунктѣ - и самомъ главномъ, конечно, - всѣ сходились: въ какомъ бы состоян³и она ни ушла, назадъ она не вернулась.
   Мы сказали, что наступили сумерки, поэтому можете судить, какъ пространны были письменныя изл³ян³я Брасса. Когда онъ окончилъ, пр³ятели наняли извозчика и свезли его къ мировому судьѣ. Тотъ принялъ его съ распростертыми осъят³ями и посадилъ на ключъ, чтобы имѣть удовольств³е побесѣдовать съ нимъ на слѣдующее утро; пр³ятелей же онъ увѣрилъ, что сейчасъ будетъ выдано приказан³е арестовать Квильпа и пойдетъ обо всемъ этомъ дѣлѣ представлен³е государственному секретарю. Къ счаст³ю, онъ въ городѣ и Кита не замедлятъ освободить.
   Казалось бы, пришелъ конецъ всѣмъ злодѣян³ямъ Квильпа. Немезида, медленно влачащая ноги, въ особенности въ тѣхъ случаяхъ, когда ей приходигся имѣть дѣло съ наиболѣе тяжкими преступлен³ями, напала на его слѣдъ. Теперь она вѣрнымъ глазомъ идетъ по его пятамъ и вотъ-вотъ сейчасъ настегнетъ жертву, въ невѣдѣн³и своемъ побѣдоносно шествующую впередъ.
   Покончивъ съ этимъ дѣломъ, пр³ятели отправились къ Дику. Больной настолько уже оправился, что могъ цѣлые полчаса провести сидя и весело разговаривая. Мать м-ра Абеля ушла незадолго передъ тѣмъ, самъ же онъ остался около больного. Пр³ятели разсказали Дику о своихъ похожден³яхъ, а затѣмъ оба, Гарландъ и жилецъ Брасса, вѣроятно сговорившись заранѣе, удалились; остался только нотар³усъ.
   - Такъ какъ вамъ теперь значительно лучше, сказалъ онъ, присѣвъ на постель больного, - я хочу сообщить вамъ одну новость, дошедшую до меня офиц³альнымъ путемъ.
   Лицо у Дика сразу осунулось: ему вовсе не улыбалась перспектива услышать какую бы то ни было, касающуюся его, новость изъ устъ человѣка, принадлежащаго къ судебному вѣдомству. Можетъ быть, по ассоц³ац³и идей, ему представились нѣкоторые, неоплаченные имъ счета: онъ уже не разъ по этому поводу получалъ у³рожающ³я письма.
   - Надѣюсь, сударь, что эта новость не изъ особенно непр³ятныхъ... замѣтилъ онъ.
   - Если бы она была изъ непр³ятныхъ, я выбралъ бы болѣе подходящее время, чтобы вамъ сообщить о ней. Прежде всего позвольте мнѣ увѣрить васъ, что друзья мои, посѣтивш³е васъ сегодня, ничего не знаютъ объ этомъ дѣлѣ. Они сами пожелали услужить вамъ, какъ больному, быть вамъ полезными, вотъ и все. Мнѣ кажется, что такому легкомысленному, беззаботному человѣку, какъ вы, не мѣшаетъ это знать.
   Дикъ поблагодарилъ, согласившись, что знать не мѣшаеть.
   - Я уже и прежде наводилъ о васъ справки, никакъ не ожидая, что случай сведетъ насъ при такихъ удивительныхъ обстоятельствахъ, продолжалъ нотар³усъ.- Вы, кажется, приходитесь племянникомъ Ребеккѣ Сунвеллеръ, старой дѣвѣ, умершей въ Девонширѣ?
   - Умершей? воскликнулъ Дшсь, озадаченный этой неожиданной новостью.
   - Да, умершей. Если бы племянникъ не былъ безпутный юноша, тетенька оставила бы ему въ наслѣдство 25, 000 фунтовъ стерлинговъ, - такъ, по крайней мѣрѣ, сказано въ завѣщан³и, а я не имѣю основан³я сомнѣваться въ его подлинности. Теперь же вы будете получать пожизненную ренту въ размѣрѣ 1,500 фунтовъ стерлинговъ въ годъ. Но вѣдь и это, кажется, недурно, стало быть васъ все-таки можно поздравить.
   - Еще бы, говорилъ Дикъ, и смѣясь, и рыдая въ одно и тоже время.- Значитъ, мы еще, съ Божьей помощью, успѣемъ изъ бѣдной маркизы сдѣлать ученую. Она будетъ ходить въ шелковыхъ платьяхъ, у нея будутъ лишн³я деньжонки, не сойти мнѣ съ этого мѣста...
  

XXX.

  
   Ничего не зная о происшеств³яхъ, вполнѣ правдиво переданныхъ нами въ послѣдней главѣ - ему даже не снилось, что подъ него подкапываются: дѣло велось въ большой тайнѣ, съ цѣлью отнять у него всякую вовможность скрыться - Квильпъ благодушествовалъ въ своей холостой квартирѣ, радуясь, что его козни увѣнчались полнѣйшимъ успѣхомъ. Онъ уже трет³й день сидѣлъ дома, сводя как³е-то счеты - занят³е, требующее уединен³я и полнаго спокойств³я.
   Это было какъ разъ на другой девъ послѣ исповѣди Брасса, стало быть арестъ Квильпа былъ не за горами, но онъ и не подозрѣвалъ, что грозная туча уже нависла надъ его головой и готова сейчасъ разразиться: онъ былъ очень веселъ въ этотъ день. Когда разсчеты начинали ему надоѣдать и онъ боялся, какъ бы слишкомъ усидчивое занят³е не отозвалось вредно на его драгоцѣнномъ здоровьѣ, онъ принимался визжать, кричать, выть, словомъ, развлекался по-своему.
   Ему, по обыкновен³ю, прислуживалъ Томъ. Онъ сидѣлъ на корточкахъ, по-лягушечьи, передъ огнемъ, и когда хозяинъ его отворачивался въ сторону, онъ передразнивалъ его, съ большимъ искусствомъ копируя его гримасы. Фигура стояла на своемъ мѣстѣ. Все лицо ея было въ пятнахъ, выжженныхъ раскаленной кочергой, въ носу торчалъ большой гвоздь и, тѣмъ не менѣе, она продолжала улыбаться, какъ истый мученикъ, и своей кротостью вызывала новыя оскорблен³я и пытки со стороны мучителя.
   Погода стояла самая непривѣтливая: въ лучшихъ, возвышенныхъ частяхъ города было темно, сыро, холодно, на болотистой же пристани густой туманъ заполонилъ всѣ уголки. Въ двухъ шагахъ ничего не было видно; даже свѣтъ отъ разставленныхъ на рѣкѣ маяковъ не могъ проникнуть сквозь эту пелену и, если бы не пронизывающая сырость, да повременамъ раздающ³йся крикъ боцмана, сбившагося съ пути, можно было бы и не подозрѣвать существован³я по близости рѣки.
   Хотя туманъ почти неподвижно стоялъ въ воздухѣ, но онъ проникалъ всюду: сквозь шубу, сквозь платье, холодилъ самыя кости. Къ чему не притронься - все мокрое, липкое. Лишь огонь весело трещалъ и прыгалъ, не обращая на него вниман³я. Въ такую погоду пр³ятно сидѣть дома, грѣясь у огня и слушая разсказы о путешественникахъ, заблудившихся во время тумана въ степи или на болотѣ. Въ такую погоду мы больше, чѣмъ когда либо любимъ и цѣнимъ домашн³й очагь.
   Мы уже знаемъ, что карликъ предпочиталъ и жить въ одиночествѣ, и наслаждаться въ одиночествѣ, когда на него нападалъ такой стихъ. Онъ былъ очень радъ, что дурная погода застала его дома, велѣлъ мальчику положить полную печку угольевъ и рѣшилъ, что на сегодня заниматься баста, будемъ веселиться.
   Съ этой цѣлью онъ зажегъ цѣльныя свѣчи, размѣшалъ хорошенько огонь и, пообѣдавъ бифштексомъ, который приготовилъ самъ - въ родѣ того, какъ дик³е и людоѣды приготовляютъ мясо - сварилъ огромную чашу пунша и закурилъ трубку, располагая весело провести вечеръ.
   Вдругъ послышался легоньк³й стукъ въ дверь. Потомъ еще и еще разъ. Квильпъ отворилъ форточку, высунулъ голрву и спросилъ:
   - Кто тамъ?
   - Это я, Квильпъ, отвѣчалъ женск³й голосъ.
   - Вы? вскричалъ карликъ, вытягивая шею, чтобы лучше разглядѣть пришедшую.- А зачѣмъ вы сюда пришли? Кто вамъ позволилъ подходить къ жилищу людоѣда, негодница вы этакая?
   - Не сердитесь на меня, я пришла къ вамъ съ вѣстями, говорила жена.
   - Как³я вѣсти, хорош³я или дурныя? Можетъ, так³я, что отъ радости подпрыгнешь до потолка и щелкнешь пальцами? Ужъ не умерла ли милая старушка?
   - Я не знаю, как³я вѣсти, хорош³я или дурныя.
   - А! стало быть она жива. Стало быть не о ней вдетъ рѣчь; ну, такъ уходите домой, уходите, зловѣщия птица.
   - Къ вамъ есть письмо...
   - Бросьте его въ окно и убирайтесь прочь, не то я самъ выйду и исцарапаю вамъ все лицо, перебилъ ее Квильпъ.
   - Выслушайте меня, Квильпъ, прошу васъ, кротко, со слезами на глазахъ, молила жена.
   - Ну, что тамъ? говорите, да живѣе, ворчалъ карликъ, злобно ухмыляясь.
   - Это письмо принесъ къ намъ въ домъ какой-то мальчикъ сегодня послѣ обѣда. Онъ не зналъ, отъ кого оно: ему только велѣли снести его по адресу, чтобы его сейчасъ же отправили къ вамъ: письмо, молъ, очень важное. Ради Бога, Квильпъ, впустите меня въ комнату, взмолилась она, когда карликъ протянулъ руку, чтобы схватить письмо. - Я вся промокла и иззябла. Сколько разъ я сбивалась съ дороги, пробираясь къ вамъ въ туманѣ. Даю вамъ слово, что какъ только просушу платъе и согрѣюсь, такъ и уйду.
   Милый супрутъ колебался съ минуту, но, разсудивъ, что можетъ быть съ ней же придется послатъ отвѣтъ на письмо, заперъ окно, отворилъ дверь и приказалъ ей войти. Жена охотно повиновалась этому приказан³ю. Юркнукь въ комнату, она стала передъ печкой на колѣни, стараясь согрѣть окоченѣвщ³е члены, и подала своему властелину пакетъ.
   - Я очень радъ, что вы промокли, сказалъ карликъ, вырывая у нея изъ рукъ письмо и отвратительно косясь на нее, - я очень радъ, что вы иззябли, я очень радъ, что вы сбились съ дороги и что глаза у васъ красны отъ слезъ. Сердце мое ликуетъ, когда я гляжу на вашъ съеживш³йся носикъ.
   - О, Квильпъ, какъ это жестоко съ вашей стороны. Жена рыдала.
   - Что, матушка, вы собирались меня похоронить, когда я еще, слава Богу, живъ; думали, что на мои денежки будете кутить, выйдете замужъ за любимаго человѣка, ха, ха, ха! насмѣхался Квильпъ, дѣлая невообразимыя гримасы.
   Бѣдная женщина ничего не отвѣчала на эти упреки; она продолжала грѣть руки у огня и только, къ удовольств³ю муженька, сильнѣе и сильнѣе плакала. Наслаждаясь ея слевами, карликъ нечаянно замѣтилъ, что эти слезы доставляютъ удовольств³е не ему одному: Томъ Скотть тоже, видимо, забавлялся печальнымъ зрѣлищемъ. Недолго думая, карликъ, не имѣвш³й ни малѣйшаго желан³я дѣлиться съ нимъ своею радостью, схватилъ его за шиворотъ, поволокъ къ двери и, послѣ непродолжительной схватки, вышвырнулъ его во дворъ. Какъ только дверь за Квильпомъ затворилась, мальчишка сталъ на голову, въ такомъ положен³и прогулялся до самаго окна, заглянулъ въ него - если можно такъ выраэиться - сапогами и даже, на подоб³е Бенши {Шотландская фея.}, побренчалъ ими по стеклу. Квильпъ съ своей стороны не терялъ времени. Онъ схватилъ свою неизмѣнную кочергу, спрятался за дверью и, улучивъ минуту, угостилъ своего молодого друга такими недвусмысленными любезностями, что тотъ мгновенно исчезъ, оставивъ хозяина побѣдителемъ на полѣ брани.
   - Теперь, покончивъ съ этимъ дѣломъ, можно приняться и за письмо, сказалъ карликъ. - Гм! Рука какъ будто мнѣ знакома, пробормоталъ онъ, разглядывая адресъ. - Ба! да кто же, кромѣ очаровательной Сэлли, можетъ такъ писать!
   Ош" открылъ письмо и прочелъ слѣдующ³я строки, написанныя красивымъ, круглымъ, дѣловымъ почеркомъ:
   "Сомми струсилъ, соблазнился обѣщан³ями и выдалъ насъ. Все открыто. Вамъ бы слѣдовало поскорѣе убраться изъ вашего дома, такъ какъ не сегодня-завтра онъ будетъ подвергнуть обыску. Все дѣлалось втихомолку, чтобы васъ застать врасплохъ. Не теряйте времени, послѣдуйте моему примѣру: меня нигдѣ не найдутъ; скройтесь такъ, чтобы и васъ не нашли.
   "С. Б., еще недавно жительствовавшая въ Б.-М."
   Для того, чтобы дать вѣрное понят³е о томъ, что дѣлалось съ лицомъ Квилъпа, какъ оно мѣнялось, пока онъ читалъ и перечитывалъ письмо, надо было бы выдумать новый языкъ: ни одинъ изъ тѣхъ, которые употребляются людьми, не въ состоян³и былъ бы этого передать. Онъ долгое время молчалъ. Съ женой его чуть не сдѣлался ударъ отъ безпокойства и испуга.
   - Лишь бы мнѣ добыть его сюда! Лишь бы мнѣ до быть его сюда! еле выговорилъ онъ наконецъ.
   - О, Квильпъ, скажите, что случилось, на кого это вы такъ сердитесь? спрашивала жена.
   - Я бы утопилъ его, продолжалъ мужъ, не обращая на нее вниман³я.- Эта смерть слишкомъ для него легкая, слишкомъ короткая, но зато какъ удобно: рѣка подъ рукой. Ахъ, если бы онъ былъ тутъ! Я бы шутя, по-пр³ятельски, подвелъ его къ рѣкѣ, держа его на пуговицу, и вдругъ столкнулъ бы его въ воду. Говорятъ, что утопленники три раза всплывають наверхъ. О, видѣть его троекратное появлен³е на поверхности воды и поемѣяться ему прямо въ лицо! Какое это было бы наслажден³е!
   - Квильпъ, что случилось, какое несчаег³е вамъ грозить? бормотала жена, осмѣлившаяся дотронуться до его плеча.
   Она была такъ напугана ужасной картиной, которую онъ вслухъ рисовалъ въ своемъ воображен³и, что ея голоса почти не было слышно, когда она его спрашивала.
   - Этакая дохлятина! продолжалъ Квильпъ медленно и судорожно потпрая руки. - Я считалъ себя вполнѣ огражденнымъ отъ измѣны съ его стороны; думалъ, что онъ изъ трусости и холопства будетъ молчатъ. О, Брассъ, Брассъ! милый, дорогой, вѣрный, любезный другъ! Лишь бы мнѣ добыть тебя сюда!
   Когда онъ произносилъ этогь монологъ, жена отошла въ сторону; чтобы онъ не думалъ, что она его подслушиваетъ. Но вотъ она опять рѣшилась было подойти къ нему. Онъ не далъ ей времени: бросился къ двери и позвалъ Тома. Тотъ, помня послѣднюю трепку, поспѣшилъ на зовъ.
   - На, возьми ее и отведи домой, крикнулъ онъ, втащивъ его въ комнату.- И не приходи сюда до тѣхъ поръ, пока не увидишь меня или не услышишь обо мнѣ. Понимаешь? Завтра здѣсь все будетъ заперто.
   Томъ угрюмо кивнулъ головой и сдѣлалъ знакъ г-жѣ Квильпъ, чтобы она шла впередъ.
   - А вы, обратился онъ къ женѣ, - не вздумайте разспрашивать, разузнавать и вообще не смѣйте и заикаться обо мнѣ. Не безпокойтесь, я не умру, если только это можетъ служить вамъ утѣшен³емъ. Онъ будетъ о васъ заботиться.
   - Прошу васъ, Квильпъ, скажите хоть слово, въ чемъ дѣло, куда вы отправляетесь?
   - Лучше уходите, а то и сами не рады будете, промолвилъ Квильпъ, схвативъ ее за руку.
   - Да нѣтъ, скажите, вамъ грозитъ какая нибудь опасность?
   - Какъ бы не такъ. Любопытны вы больно. Я ужъ вамъ сказалъ, что вамъ слѣдуетъ дѣлать и горе вамъ если вы хоть на волосъ не исполните моихъ приказан³й. Что-жъ вы не уходите?
   - Сейчась, сейчасъ. Я уже ухожу, только... запнулась жена, - отвѣтьте мнѣ, ради Бога, на одинъ вопросъ: имѣетъ ли это письмо какое нибудь отношен³е къ милой Нелли. Мнѣ непремѣнно надо это знать. Вы не можете себѣ представить, какъ меня и днемъ, и ночью терзаеть совѣсть: я не могу забыть, что обманула милаго ребенка. Можетъ быть я очень повредила ей этимъ обманомъ, но я все это дѣлала ради васъ, Квильпъ. Такъ скажите же.
   Разозленный мужъ, не говоря ни слова, съ такимъ бѣшенствомъ схватилъ свое неизмѣнное оруж³е, что Томъ счелъ нужнымъ насильно увести его жену. И хорошо онъ сдѣлалъ. Карликъ безумствовалъ; бѣжалъ за ними чуть не до самаго переулка и, только благодаря все болѣе и болѣе сгущавшемуся туману, скрывшему наконецъ бѣжавшихъ изъ его глазъ, онъ не настигъ ихъ и не попотчивалъ кочергой.
   - Нынче очень удобно путешествовать инкогнито, говорилъ онъ, медленно возвращаясь назадъ; онъ задыхался отъ бѣготни. - Надо, однако, осмотрѣть мои владѣн³я. Ворота слишкомъ гостепр³имно раскрыты.
   Онъ поналегъ на нихъ всей своей исполинской силой, заперъ обѣ половинки, глубоко осѣвш³я въ грязи, и заложилъ ихъ огромнымъ засовомъ; затѣмъ откинулъ всклокоченные волосы, заслонявш³е ему глаза, и попробовалъ, хорошо ли заперъ. Хорошо; съ этой стороны его жилище неприступно.
   - Заборъ, отдѣляющ³й мою пристань отъ сосѣдней, довольно низокъ. Я легко могу перелѣзть черезъ него и скрыться въ заднемъ переулкѣ, разсуяедалъ карликъ.- Надо хорошо знать это прелестное мѣстечко, чтобы выбраться отсюда въ такую ночь, какъ эта. Едва ли кто отважится подойти къ моимъ владѣн³ямъ, пока не подымется туманъ.
   Къ этому времени темнота и туманъ до такой степени увеличились, что онъ только ощупью могъ добраться до своего логовища. Онъ посидѣлъ немного у огня, раздумывая о чемъ-то, и сталъ собираться въ дорогу.
   Набивая себѣ карманы самыми необходимыми вещами, онъ не переставалъ бормотать сквозь стиснутые зубы, которыхъ не разжималъ съ тѣхъ поръ, какъ прочелъ письмо Сэлли.
   - О, Самсонъ, о, милый, достойный другъ! Если бы только мнѣ довелось сжать тебя въ моихъ объят³яхъ, сдавить тебѣ ребра, ужъ я-бъ тебѣ не далъ пощады, можешь быть увѣренъ. Если только судьба еще разъ сведетъ насъ съ тобой, ты останешься доволенъ этимъ свидан³емъ, ты долго будешь его помнить. И вѣдь выбралъ же какую минуту, когда все шло какъ по маслу; нашелъ время каяться, трусъ-адвокатишка. Лишь бы намъ еще разъ встрѣтиться лицомъ къ лицу въ этой самой комнатѣ, ужъ одному бы изъ насъ не сдобровать, мой милый.
   Онъ остановился, поднесъ къ губамъ кастрюлю съ пуншемъ и долго и жадно пилъ изъ нея, точно это былъ не ромъ, а вода, которой онъ освѣжалъ пересохшее небо. Затѣмъ онъ продолжалъ и свои сборы, и свой монологъ.
   - А Сэлли-то, Сэлли о чемъ думала, - и глава у него вспыхнули.
   - И вѣдь умная, рѣшительная женщина. Спала она въ то время или на нее столбнякъ нашелъ? Она должна была заколоть его кинжаломъ, отравить, какъ только увидѣла, куда онъ гнетъ. И для чего предупреждать, когда ужъ поздно? Кабы знать, что у него было на умѣ, когда онъ намедни сидѣлъ вонъ тамъ, въ углу: рожа блѣдная, искривленная, рыж³е волосы торчкомъ, такъ теперь бы ужъ этому сердцу не трепетать въ груди. Раэвѣ нѣтъ такихъ снадобьевъ, что усыпляють людей, нѣтъ огня, чтобы сжечь ненавистнаго человѣка!
   Онъ еще разъ припалъ къ кастрюлѣ и опять заговорилъ, сидя на корточкахъ передъ огнемъ, освѣщавшимъ его свирѣпую, искаженную отъ злости физ³оном³ю.
   - И всѣми этими неудачами, которыя преслѣдуютъ меня въ послѣднее время, я обязанъ старому вралю, бродягѣ и его милому дѣтищу. Ну, да я и отомщу имъ. Я буду ихъ злымъ ген³емъ. И съ тобой, милый, честный, добродѣтельный Китъ, мы еще поквитаемся, даромъ, что ты нынче въ чести. Ужъ кого я ненавижу, того я загрызу зубами. Будетъ, другъ, и на моей улицѣ праздникъ. Что это такое? вдругъ встрепенулся онъ.
   Послышался неистовый стукъ въ ворота, которыя онъ только что заперъ. Стукъ на минуту стихъ, словно стучавш³е прислушивались къ чему-то, а затѣмъ возобновился съ удвоенной силой.
   - Ого, такъ скоро! Экъ ихъ, торопятся! Не ошибиться бы вамъ въ разсчетѣ, друзья! Хорошо, что у меня все уже готово. Спасибо, Сэлли, что предупредила.
   Съ этими словами онъ задулъ свѣчу и сталъ тушить огонь въ печкѣ, да какъ-то неловко повернулся, задѣлъ желѣзную печь и она съ трескомъ опрокинулась на посыпавш³йся изъ нея уголь и золу. Въ комнатѣ ни зги не было видно. Карликъ въ потьмахъ добрался до двери и вышелъ во дворъ.
   Стукъ въ ворота прекратился. Было около 8-ми часовъ вечера. Донельзя сгустивш³йся туманъ окуталъ все такимъ непроницаемымъ мракомъ, что самая темная ночь показалась бы свѣтлой и ясной, какъ день, въ сравнен³и съ нимъ. Квильпъ подался впередъ, словно шагнулъ въ подземную пещеру, но ему показалось, что онъ ошибся дорогой, и онъ пошелъ въ другую сторону и наконецъ остановился, совсѣмъ не понимая, гдѣ, въ какомъ мѣстѣ онъ находится.
   - Хоть бы они опятъ застучали. Я по стуку узналъ бы, куда надо идти, промолвилъ карликъ, стараясь хоть что нибудь разглядѣть передъ собой. - Бейте, колотите въ ворота!
   Онъ напряженно прислушивался, но стукъ не возобновлялся. Тишина кругомъ была полная; лишь вдали лаяли собаки. Залаеть одна, ей отвѣтять въ сосѣднемъ кварталѣ, но на эти звуки нельзя было идти, такъ какъ лай часто доносился сюда съ кораблей, стоявшихъ у пристани.
   - Если бы мнѣ только доплестись до какого нибудь забора, разсуждалъ Квильпъ, медленно подвигаясь и простирая руки впередъ.- Тогда бы я сейчась нашелъ дорогу. Ахъ, какъ хорошо было бы въ этакую славную ночку обнять дорогого пр³ятеля. Только бы это желан³е мое исполнилось, а тамъ пусть хотъ солнце и вовсе не восходитъ надъ землей.
   Едва онъ произнесъ эти слова, какъ оступился и упалъ. Нѣсколько секундъ спустя, онъ уже барахтался въ холодной темной водѣ.
   Не смотря на то, что ему заливало уши водой, онъ слышалъ, какъ опять стали стучатъ въ ворота, какъ кричали оттуда, могъ даже различить голоса. Онъ понялъ, что жена его и Томъ сбились съ дороги и вернулись къ тому мѣсту, откуда вышли, что они тутъ подлѣ него, утопающаго, но никоимъ образомъ не могутъ подать ему помощи: онъ самъ лишилъ себя спасен³я, преградивъ имъ путь къ своей пристани, заколотивъ ворота. Онъ отвѣчалъ имъ отчаяннымъ крикомъ, отъ котораго безчисленные огоньки, мелькавш³е передъ его глазами, словно отъ сильнаго порыва вѣтра, запрыгали и затанцовали. Но онъ звалъ напрасно. Вода хлынула ему въ горло, его подхватило течен³емъ и понесло въ сторону.
   Вотъ онъ дѣлаетъ невообразимое усил³е, еще разъ всплываетъ наверхъ и бьетъ воду руками, стараясь удержаться на ней. Глаза его дико озираются, ищутъ, нельзя ли за что ухватиться. Онъ видитъ: близко, близко около него плыветъ что-то черное, онъ даже можетъ дотронуться до гладкой, скользкой поверхности: это кузовъ корабля. Теперь только бы погромче крикнуть. Но не успѣлъ онъ ротъ открытъ, какъ снова водоворотомъ его увлекло въ глубину, подъ киль судна, и затѣмъ ужъ на водѣ показался его трупъ.
   Вода словно забавлялась имъ, играла какъ мячикомъ: то ударитъ о скользкую сваю, то запрячетъ въ грязи, или въ чащѣ водорослей, то швырнетъ со всего размаху на громадный камень, то потащитъ по песку. Вотъ какъ будто она и оставила его въ покоѣ: пускай, молъ, плыветъ куда хочетъ, а сама такъ и манитъ въ сторону, пока наконецъ безобразная игрушка опротивѣла ей и она выкинула ее на низменный, болотистый берегъ, гдѣ когда-то въ зимнюю ночь были повѣшены морск³е разбойники; и долго болтались ихъ трупы на висѣлицахъ, даже косточки побѣлѣли отъ солнца.
   И вотъ трупъ лежитъ на этомъ ужасномъ берегу. Огненно-красное небо зловѣщимъ отблескомъ озаряетъ волны, только что несш³е трупъ на своихъ гребняхъ: лачуга; изъ которой незадолго передъ тѣмъ вышелъ человѣкъ, лежащ³й теперь бездыханно на берегу, объята пламенемъ. Пламя освѣщаетъ лицо мертвеца. Влажный вѣтерокъ играетъ его волосами, вздуваетъ платье, словно смерть издѣвается надъ нимъ, какъ онъ всю жизнь издѣвался надъ другими: это зрѣлище пришлось бы ему по вкусу.
  

XXXI.

  
   Перенесемся теперь на прелестную дачу Гарландовъ. Комнаты ярко освѣщены, камины разливаютъ вокругъ пр³ятную теплоту; вездѣ оживленныя, веселыя лица, веселый говоръ. Кого-то ждутъ съ любовью въ сердцѣ, со слезами радости на глазахъ. Навстрѣчу кому-то несутся искренн³я, горяч³я привѣтств³я. Ждутъ Кита, и онъ знаетъ это и спѣшитъ, боится, что умретъ, не увидѣвъ этого счаст³я.
   Въ продолжен³е цѣлаго дня его мало-по-малу подготовляли къ пр³ятному извѣст³ю. Сначала сказали, будто отмѣнено распоряжен³е, и онъ не ѣдеть на слѣдующ³й день, вмѣстѣ съ другими преступниками, въ ссылку. Потомъ сообщили, что у судей явилось сомнѣн³е и они велѣли произвести новое слѣдств³е по его дѣлу; а подъ вечеръ его привели въ какую-то комнату, гдѣ собралось нѣсколько джентльменовъ. Отъ этой группы отдѣляется его хозяинъ, старикгь Гарландъ, подходитъ къ нему, протягиваетъ ему руку и объявляетъ, что судъ призналъ его невиновнымъ и возвращаетъ ему свободу. Китъ не видитъ того, кто ему говоритъ. Онъ только на голосъ поворачиваетъ голову, пытаясь что-то сказать, но тутъ же безъ чувствъ падаегъ на полъ.
   Ему помогаютъ придти въ себя, уговариваютъ быть тверже, вынести радость, какъ подобаеть мужчинѣ. Кто-то напомнилъ о его бѣдной матери: ради нея, молъ, слѣдуетъ крѣпиться, а онъ и не переставалъ о ней думать, оттого-то радостная вѣсть и сломила его. Всѣ столпились около него, спѣшатъ сообщить, что истина вполнѣ раскрыта и что не только всѣ горожане, но и окрестные жители выражаютъ горячее сочувств³е невинно пострадавшему. Но онъ ничего не слышитъ: всѣ его мысли дома. Знаетъ ли она объ этой радости? Кто ей передастъ: что она сказала? Вотъ вопросы, которые больше всего интересуютъ его въ настоящую минуту.
   Его заставляютъ выпить немного вина, чтобы онъ оправился, собрался съ силами. Наконецъ, онъ уже въ состоян³и слушать, что ему говорятъ, и благодаритъ всѣхъ за участ³е. Онъ совершенно свободенъ. Старикъ Гарландъ говорить, что если онъ чувствуетъ себя лучше, они могутъ сейчасъ же ѣхать домой. Всѣ джентльмены окружаютъ его, прдтягивають ему руки, дѣлаютъ разныя обѣщан³я, предлагаютъ свое покровительство. Онъ опять разволновался, не можетъ слова сказать и едва держится на ногахъ, хотя и опирается на руку м-ра Гарланда.
   Когда они проходятъ по мрачнымъ коридорамъ, дежурные сторожа тоже поздравляютъ его, хотя и по-своему, грубовато. Въ числѣ привѣтствующихъ попадается и любитель газетъ, но онъ какъ-то угрюмъ, поздравлен³я его не совсѣмъ искренно: онъ смотритъ на Кита, какъ на незванаго гостя, попавшаго въ тюрьму по фальшивому виду и пользовавшагося всѣми ея привилег³ями, не имѣя на то никакого права. Можетъ быть онъ и прекрасный молодой человѣкъ, но тутъ ему не мѣсто, и чѣмъ скорѣе онъ уберется, тѣмъ лучше.
   Наконецъ, за ними захлопывается послѣдняя дверь! Они уже за тюремной стѣной, на чистомъ воздухѣ, на улицѣ, о которой онъ такъ часто мечталъ въ своей каморкѣ, которую онъ не разъ видѣлъ во снѣ. Она кажется ему и шире, и многолюднѣе, чѣмъ прежде. Погода скверная, но ему все хорошо, потому что весело на душѣ. Одинъ изъ джентльменовъ, прощаясь съ нимъ, сунулъ ему въ руку нѣсколько серебряныхъ монетъ. Онъ не смотритъ на нихъ, не считаетъ, сколько тамъ денегъ, но, когда они уже прошли то мѣсто, гдѣ прибита кружка въ пользу бѣдныхъ заключенныхъ, онъ поспѣшно возвращается назадъ и опускаетъ въ нее всѣ полученныя деньги.
   Въ сосѣдней улицѣ ихъ ожидаетъ карета. Старикъ Гарландъ садится въ нее, приглашаетъ сѣсть и Кита и приказываетъ кучеру ѣхать на дачу. Сначала они ѣдутъ шагомъ. Туманъ ужаснѣйш³й, поэтому впереди идутъ проводники съ зажженными факелами. Но по мѣрѣ того, какъ они удаляются отъ рѣки и отъ центра города, они прибавляютъ шагу и уже не нуждаются въ освѣщен³и. Вотъ уже лошади бѣгутъ вскачь, а Киту все кажется, что онѣ еле ноги передвигаютъ. Но когда они приближаются къ дачѣ - уже виденъ домъ - онъ просить кучера попридержать лошадей, остановиться на минуту, чтобы ему можно было перевести духъ отъ волнен³я.
   Однако, теперь не время останавливаться. М-ръ Гарландъ приказываетъ ѣхать шибче, экипажъ минуетъ садовую калитку, въѣзжаетъ въ аллейку и подкатываетъ къ крыльцу. За дверью раздаются шаги, голоса; вотъ она отворяется и Китъ бросается въ объят³я матери.
   Тутъ же, рядомъ съ ней, стоитъ и мать Барбары. Добрѣйшая душа! Она и теперь держитъ на рукахъ малютку: можно подумать, что она не спускала его съ рукъ съ тѣхъ поръ, какъ она прощалась съ Китомъ у тюремной рѣшетки, не имѣя ни малѣйшей надежды на его скорое возвращен³е, и плачетъ, плачетъ навзрыдъ. И Барбара здѣсь: бѣдняжка похудѣла, поблѣднѣла за это время; она дрожитъ, какъ листъ, опираясь о стѣнку. Вышла встрѣтить Кита и старушка барыня - она еще милѣе, еще привѣтливѣе, чѣмъ обыкновенно. Съ ней, отъ волнен³я, дѣлается дурно, но за суетой никто этого не видитъ, никто не спѣшить къ ней на помощь. Вышелъ и м-ръ Абелъ - онъ усиленно сморкается и готовъ расцѣловать всѣхъ и каждаго. А жилецъ Брасса неугомонно порхаетъ отъ одного къ другому. Что же касается милаго, добраго, любящаго Яши - онъ сидитъ внизу, на ступенькахъ, и, опершись по-стариковски ручками о колѣни, реветъ во все горло, не безпокоя этимъ рѣшительно никого. Словомъ, всѣ на-время потеряли разсудокъ, всѣ сумасшествуютъ.
   Когда вся компан³я немного поуспокоилась, кто-то спохватился, что нигдѣ не видно Барбары. Что же оказывается? Эта милая, кроткая, немного взбалмошная Барбара лежитъ въ обморокѣ въ одной изъ заднихъ комнатъ. Послѣ обморока съ ней дѣлается истерика, послѣ истерики опять обморокъ. Ей такъ дурно, что ни холодная вода, ни уксусъ, который льють на нее въ неимовѣрномъ количествѣ, не помогаютъ. . Тогда мать Кита догадывается, въ чемъ дѣло, и проситъ сына успокоитъ Барбару. Онъ подходитъ къ ней и ласково окликаетъ:
   - Барбара!
   - Это Китъ, шепчеть ей мать.- Тутъ кромѣ Кита никого нѣтъ.
   - Въ самомъ дѣлѣ это онъ? едва слышно, не открывая глазъ, произноситъ Барбара.
   - Разумѣется онъ, говоритъ матъ.
   - Все уже, слава Богу, прошло и онъ опять съ нами.
   Китъ снова заговариваетъ, желая убѣдить ее въ томъ, что онъ живъ и невредимъ. Барбара начинаетъ смѣяться, потомъ плачетъ, словомъ опять истерика. Тутъ обѣ маменьки дѣлаютъ другъ другу знакъ и общими силами усовѣщеваютъ ее, даже сердятся на нее, а все для того, чтобы она поскорѣе опомнилась. Опытнымъ материнскимъ глазомъ онѣ примѣтили поворотъ къ лучшему и отсылаютъ Кита туда, откуда онъ пришелъ, увѣривъ его, что дѣло уже идетъ на ладъ.
   Онъ возвращается въ столовую. Тамъ уже сервированъ столъ: стоятъ графины съ виномъ, пригртовлены всевозможныя лакомства, какъ будто собираются чествовать именитыхъ гостей; Яша какъ сыръ въ маслѣ катается. Онъ не теряеть времени: уже сдѣлалъ честъ домашней стряпнѣ, прошелся по пирогу съ коринкой, а теперь съ восхищен³емъ поглядываетъ на винныя ягоды и апельсины. Китъ входитъ въ столовую, а жилецъ Брасса - не дай Богъ что за хлопотунъ - уже наливаетъ вино въ бокалы и пьетъ за его здоровье, объявляя ему, что, пока онъ живъ, Китъ можетъ разсчитывать на его дружбу. Примѣру его слѣдуетъ старикъ Гарландъ, его жена и сынъ. Но это еще не все: жилецъ Брасса вынимаетъ изъ кармана массивные серебряные часы, купленные нарочно для Кита и украшенные его вензелемъ съ завитушками - они идутъ замѣчательно вѣрно, не отстаютъ ни на четверть секунды, и тутъ же даритъ ему. Само собою разумѣется, ни старикъ Гарландъ, ни его жена не могутъ удержаться, чтобы не намекнугь; что и они приготовили Киту сюрпризъ, а м-ръ Абель такъ прямо заявляетъ, что онъ и отъ него получитъ подарокъ, и Китъ, конечно, на седьмомъ небѣ.
   У Кита есть еще пр³ятель, котораго онъ до сихъ поръ не видѣлъ по той простой причинѣ, что неудобно вводить въ гостиную, хотя бы и пр³ятеля, подкованнаго на всѣ четыре ноги. Поэтому, какъ только представляется удобный случай, Китъ исчезаетъ изъ комнаты и бѣжитъ въ конюшню. Лошадка чувствуетъ его приближен³е: она весело ржетъ, какъ только онъ берется за задвижку, а увидѣвъ его на порогѣ, привѣтствуеть его по-своему: начинаетъ прыгатъ вокругъ стойла - на нее не надѣваютъ недоуздка: она слишкомъ горда, не снесла бы такой постыдной неволи. Китъ гладить ее по шеѣ, по спинѣ, а лошадка трется мордой о его плечо и ласкается къ нему, какъ только можетъ ласкаться животное. Ужъ больше этого она дать не въ состоян³и. Китъ обнимаетъ лошадку за шею и прижимаетъ къ себѣ.
   Какими судьбами Барбара вдругъ очутилась около Кита? Съ чего это ей вздумалось отправиться непремѣнно въ конюшню, а не въ другое какое нибудь мѣсто? И какая она нарядная! видно, долго прихорашивалась передъ зеркаломъ. Случилось это вотъ какимъ образомъ. Во время отсутств³я Кита, лошадка не хотѣла ѣсть ни изъ чьихъ рукъ, кромѣ Барбариныхъ. Вотъ Барбара и вспомнила, что надо посмотрѣть, все ли у нея въ порядкѣ, и совершенно нечаянно столкнулась въ конюшнѣ съ Китомъ. Да и сконфузилась же она: покраснѣла, какъ маковъ цвѣтъ.
   А Киту, вѣроятно, уже надоѣло возиться съ лошадкой, а можетъ быть онъ догадался, что можно приласкать кого-то, кто во сто разъ интереснѣе всѣхъ пони въ м³рѣ; словомъ сказать, онъ бросилъ лошадку и обратился къ Барбарѣ. Да, разумѣется, съ Барбарой куда какъ интереснѣе!
   - Надѣюсь, что теперь вы себя лучше чувствуете, говорить онъ ей.
   - Да, гораздо лучше. Боюсь... тутъ она застыдилась, потупила глазки, и еще болѣе раскраснѣвшись, - боюсь, говоритъ, - что я вамъ показалась смѣшной.
   - Вовсе нѣтъ, отвѣчаетъ Китъ.
   Барбара очень этому рада.
   - Гм, гм! она кашляетъ потихонько, чуть-чуть, еле слышно.
   - Ахъ, какая славная лошадка! Какъ она умѣетъ себя вести, когда захочетъ. Теперь она стоить смирно, не шелохнется, точно высѣченная изъ мрамора. И какой у нея умный взглядъ! Впрочемъ, онъ у нея всегда такой.
   - Мы не успѣли даже поздороваться какъ слѣдуетъ говоритъ Китъ, протягивая руку.
   Барбара протягиваетъ ему свою. Бѣдняжка дрожитъ. Глупенькая, чего она боится! Впрочемъ...
   Вѣдь они стоять близко другъ около друга, всего на разстоян³и ея руки, а согласитесь, что это разстоян³е не Богъ вѣсть какъ велико, особенно, если принять во вниман³е, что рука у Барбары не длинная и при томъ она держитъ ее не вытянутой, а, напротивъ, нѣсколько согнутой. Словомъ, Китъ былъ такъ близко около нея, когда жалъ ей руку, что не могъ не замѣтить крошечной слезинки, заблестѣвшей на ея рѣсницахъ. Совершенно естественно, ему захотѣлось поближе разсмотрѣть эту слезинку, а Барбара, ничего не подозрѣвая, случайно приподняла глазки и встрѣтилась съ его глазами. Тутъ Китъ, не долго думая, чмокъ ее въ самыя губы.
   - Фу, какой срамъ, сказала Барбара, но не увернулась отъ вторичнаго поцѣлуя, за которымъ, вѣроятно, послѣдовалъ бы и трет³й, если бы не помѣшала лошадка: она вдругъ тряхнула головой и затопала ногами, словно ее внезапно обуяла неизъяснимая радость.
   Барбара испугалась и убѣжала, но, конечно, не туда, гдѣ была ея мать и м-съ Неббльзъ, а то они пристали бы къ ней съ разспросами, отчего у нея такъ горятъ щеки. Хитрая Барбара!
   Вечеромъ, послѣ ужина, мать Кита съ дѣтьми и Барбара ужинали вмѣстѣ и не торопились, такъ какъ всѣ гости оставались на ночь на дачѣ. Когда всеобщее волнен³е и радость поулеглись, старикъ Гарландъ позвалъ Кита въ отдѣльную комнату, чтобы поговорить съ нимъ наединѣ: онъ, молъ, сообщитъ ему такую новость, которой Китъ никакъ не ожидаетъ. Услышавъ это, Китъ такъ поблѣднѣлъ и встревожился, что тотъ поспѣшилъ успокоить его, увѣривъ, что извѣст³е самое пр³ятное, и спросилъ, можетъ ли онъ приготовиться, чтобы на слѣдующее утро выѣхать съ нимъ изъ города.
   - Выѣхать изъ города? удивился Китъ.
   - Да, со мной и съ моимъ пр³ятелемъ, что въ сосѣдней комнатѣ. Развѣ ты не догадываешься о цѣли этой поѣздки?
   Китъ покачалъ головой и еще больше поблѣднѣлъ.
   - Я увѣренъ, что ты сейчасъ же догадаешься. Подумай хорошенько.
   Китъ пробормоталъ что-то очень невнятно. Слышно было, что онъ нѣсколько разъ повторилъ "миссъ Нелли", недовѣрчиво качая головой, дескать, на это мало надежды.
   Тутъ ужъ м-ръ Гарландъ не сталъ его мучить и прямо сказалъ ему, что онъ угадалъ.
   - Намъ наконецъ удалось узнать, гдѣ они скрываются; туда-то мы и ѣдемъ, сказалъ старикъ.
   Взволнованный Китъ забросалъ его вопросами: гдѣ они, давно ли и какъ напали на ихъ слѣдъ, здорова ли миссъ Нелли, счастлива ли она?
   - Что она счастлива, въ этомъ не можетъ быть никакого сомнѣн³я, отвѣчалъ м-ръ Гарландъ. - будетъ и здорова, надѣюсь. Говорятъ, она очень ослабѣла послѣ болѣзни, но сегодня утромъ я получилъ извѣст³е, что ей лучше и есть надежда, что она совсѣмъ поправится. Садись, Китъ, я разскажу тебѣ все подробно.
   Китъ сѣлъ, едва переводя духъ отъ волнен³я и м-ръ Гарландъ разсказалъ ему слѣдующее: у него, молъ, есть брать - Китъ не разъ слышалъ о немъ, еще его портретъ, снятый въ молодости, виситъ въ залѣ. Онъ живетъ далеко отъ Лондона, въ деревнѣ, у одного священника, съ которымъ подружился еще на школьной скамьѣ. Хотя братья и горячо любятъ другъ друга, но уже давно не видѣлись и только изрѣдка переписываются, все откладывая и откладывая свидан³е на неопредѣленное время, которое - какъ это часто бываетъ съ людьми - очень незамѣтно изъ будущаго переходить въ прошедшее. Братъ его мягкаго, покойнаго характера, ни дать, ни взять племянникъ его, м-ръ Абель. Въ деревнѣ, гдѣ онъ живетъ, всѣ очень любятъ и даже боготворятъ баккалавра - такъ они его величаютъ - потому что каждому онъ оказалъ какую нибудь услугу, каждому, при случаѣ, помогъ. Онъ, Гарландъ, узналъ объ этомъ много лѣтъ спустя послѣ ихъ разлуки, такъ какъ братъ его изъ числа тѣхъ людей, которые втайнѣ дѣлаютъ добро и скорѣе способны въ другихъ откапывать добродѣтели и восхищаться ими, чѣмъ трубить о собственныхъ доблестяхъ, какъ бы велики онѣ

Категория: Книги | Добавил: Armush (20.11.2012)
Просмотров: 233 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа