Главная » Книги

Сальгари Эмилио - Страна чудес, Страница 11

Сальгари Эмилио - Страна чудес


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

; - Я это знаю, но когда пожар погаснет, они пойдут по нашим следам, а так как они превосходные ходоки, то легко могут нас нагнать
   - Как вы думаете, долго будет продолжаться пожар?
   - Быть может, один, два, три дня и даже больше; пожар не прекратится до тех пор, пока пламя будет находить перед собой деревья, но дикари могут достигнуть вплавь какого-нибудь ближайшего места на берегу, обойти пожарище и напасть на наши следы. Ведь ты уже знаешь, какие они на это мастера.
   - Да, черт возьми! Наш австралиец вел нас по вашим следам и ни разу не обманулся, но... Как же так, ведь мы покинули нашего друга и его семью, Диего.
   - Ба, да он и не дожидался нас, Кардосо, - сказал Диего. - После поджога леса он, наверно, поторопился удрать и вернуться к своему племени.
   - Вы нашли здесь друга? - спросил удивленный доктор. - Надеюсь, что вы расскажете мне о ваших приключениях и объясните, каким образом вы добрались до лагеря людоедов, овладели митральезой и ружьями. Да, друзья мои, вы замечательно храбры, вы двое стоите двух матросских рот. Я не ошибся, выбрав вас в спутники.
   - Мы вам все расскажем на первой же остановке, и вы увидите, что мы не Бог весть что сделали, - сказал Диего. - Ах, если бы я только успел пришибить этого Коко!. Я был бы теперь очень доволен, если бы мне даже пришлось оставить на поле битвы одно или оба уха. Впрочем, чутье подсказывает мне, что между ним и нами еще не все кончено, и я все же надеюсь отправить его на тот свет, чтобы он составил компанию своему другу колдуну.
   - Мы еще встретим его, Диего, - сказал доктор. - Он непременно последует за нами и испробует все средства догнать нас прежде, нежели мы достигнем берегов океана.
   - Разве он знает, куда мы идем? - спросил Кардосо.
   - Да, он знает, что мы направляемся к заливу Карпентария и что нас там ждет яхта сэра Хантера.
   - А что, это судно теперь уже там? - спросил Диего.
   - Да, оно должно быть там уже две или три недели тому назад.
   - А далеко мы от залива?
   - По крайней мере за триста или за триста пятьдесят миль, - сказал Эррера.
   - Черт возьми! Вот так прогулка!-
   - Давайте-ка посоветуемся, каким путем нам туда идти, - сказал доктор. - Что вы на это скажете, Эррера?
   - Я посоветовал бы вам теперь подняться к северу до рек Эльсен или Странгуэвс, чтобы не идти по бесплодным восточным равнинам, потом отклониться вдоль по шестнадцатой параллели и постараться добраться до рек Кенгуру или Стеркл, впадающих в залив Карпентария напротив островов Эдуарда Пелью, то есть на том месте, где нас будет ждать яхта.
   - Я вполне одобряю ваш план, Эррера, - сказал доктор. - Мне кажется, что это кратчайший путь, ведущий к заливу Карпентария.
   А теперь в путь, иначе дня через два на нас нападет вся шайка этих мерзавцев.
   И действительно, осторожность советовала удалиться как можно скорее от этих мест. Хотя леса и продолжали еще гореть в той стороне, где находилось озеро, окрашивая небо в кровавый цвет, но людоеды Ниро Варанга могли построить плоты и высадиться на противоположном берегу. Правда, в таком случае они должны были бы сделать громадный круг, но, будучи все до единого прекрасными ходоками, они все-таки не замедлили бы догнать беглецов.
   Итак, маленький отряд снова поспешно пустился в путь вдоль по берегу обширных Ньюкаслских болот и направился к болотам Ховер, тянущимся по обе стороны семнадцатой параллели на расстояние приблизительно тридцати пяти или сорока миль.
   В продолжение шести часов беглецы продолжали идти на север, углубляясь в бесплодные песчаные равнины, где едва росло несколько жалких кустов nardi да немножко полуиссохших горных деревьев.
   На этих сожженных солнцем равнинах не видно было никакой дичи; впрочем, Диего был счастлив, что ему удалось убить пару perameles obesula - род белобрысых белок, прятавшихся в листве дикого банана, а Эррере посчастливилось найти три или четыре больших клубневидных сочных корня, называемых варрамсом.
   Наконец они остановились на южном берегу больших болот Ховер, чтобы дать себе несколько часов отдыха; все четверо страшно измучились от такой быстрой ходьбы и были очень голодны. Они прошли в эту ночь по крайней мере сорок миль и были не в состоянии больше сделать ни одного шага.
   Чтобы австралийцы как-нибудь не захватили их врасплох в том случае, если им удалось обойти лесной пожар, наши путники спрятались в густой тростник, покрывавший косу грязной, топкой земли, вдающуюся в болото, величиной в несколько сот метров, и там развели огонь и приготовили завтрак.
   Во время их стоянки на бесплодной южной равнине не появился ни один австралиец, не слышно было также никакого отдаленного крика, который бы дал им знать о приближении преследователей. Диего начал успокаиваться и надеяться, что людоеды отказались от мести; напротив, доктор начинал беспокоиться: он боялся Ниро Варанга, зная, что этот злодей способен решительно на все.
   - Он будет дожидаться нас где-нибудь на берегу океана, - сказал доктор своим товарищам. - Ведь он знает, где назначено место свидания с капитаном яхты сэра Хантера, и я боюсь, как бы он не приготовил нам там какого-нибудь скверного сюрприза.
   - Неужели он обгонит нас и придет первым на место встречи? - спросил Кардосо.
   - Да, друг мой, - ответил доктор. - Несмотря на все наши усилия и на то, что мы выиграли несколько часов, мы все-таки не можем тягаться в быстроте ходьбы с его дикарями.
   - Это настоящие лошади, - сказал Эррера. - Они за несколько дней проходят невероятные пространства.
   - Если Коко приготовит нам засаду, тем лучше, - проворчал Диего. - Я не хочу уехать с этого материка, не заставив его расплатиться за все его подлости.
   Они отдыхали, спрятавшись таким образом, три часа; затем, не видя ничего подозрительного, отправились дальше, свернув на северо-восток. Все они торопились добраться до берегов залива Карпентария, так как цель их была достигнута и им больше нечего было делать в центре континента.
   К вечеру они дошли до берега Дали-Уотерса, реки, о которой ничего не известно: ни где ее истоки, ни где она оканчивается. К сожалению, наши путники не нашли в ней воды.
   На другой день они снова пустились в путь, поставив себе целью дойти до реки Странгуэвс, надеясь, что она, быть может, не совсем пересохла. Места, по которым они проходили, были ужасающе бесплодны; казалось, они составляли продолжение пройденной ими с таким трудом страшной каменной пустыни. Бесконечные равнины, покрытые песком и камнями, в которых не было не только дичи, но даже ни дерева, ни кустика, ни травинки, тянулись одна за другой, путая путников своей дикой бесплодностью. Равнины эти были совершенно неизвестны, и, быть может, ни один белый еще не попирал их своими ногами до той минуты, когда туда пришли наши путники, так что все они, не исключая старого моряка, были сильно взволнованы, не зная, что их ждет впереди. Несчастные чувствовали себя как бы заблудившимися посреди этих сожженных солнцем пустынь. У них не было ни съестных припасов, ни единой капли воды, и их страшно мучили голод и жажда.
   В течение трех дней они продолжали идти, или, скорее, кое-как тащиться, к северу, так как ноги их, ослабшие от усиленной ходьбы и от голода, положительно отказывались их поддерживать, и несчастные путники делали нечеловеческие усилия, чтобы не упасть, зная, что если упадут, то уже более не встанут. На четвертый день Кардосо, шедший впереди, увидал вершины нескольких деревьев.
   - Виден лес! - закричал он. - Там есть и река.
   Это восклицание оживило всех; они сделали последнее отчаянное усилие и, кое-как таща один другого, поплелись к лесу. Два часа спустя они соскочили, или, вернее, скатились, с берега Странгуэвса, в ложе которого между камышами сверкало еще небольшое количество воды.
  

XXVII. Наказание изменника

   Истоки реки Странгуэвс еще неизвестны, так как на ее берегах побывало очень мало исследователей; тем не менее, предполагают, что они находятся близ шестнадцатой параллели. Странгуэвс является притоком Ропера, значительной реки, впадающей в залив Карпентария, предварительно описывающей большой крут и принимающей с запада большой приток Эльсен.
   Хотя большие дожди еще не начались, тем не менее в ложе Странгуэвса оставалось еще немного воды, несмотря на летнюю жару и на жаркие ветры, дующие в продолжение ноября, декабря, января, февраля и марта и полностью иссушающие все реки внутренней Австралии.
   Небольшое количество найденной воды было спасением для наших беглецов. Они были так утомлены, что если бы и эта река была совершенно пересохшей, то они не могли бы дойти до Эльсена или до Ропера и, наверно, закончили бы существование на берегах Странгуэвса.
   Так как тут была вода, то не должно было быть недостатка и в дичи, поэтому лишь только наши матросы утолили жажду, как тотчас же начали обшаривать берега реки. Поиски их не были бесплодны, они нашли громадного кенгуру и послали в него две пули.
   Этой крупной дичи могло хватить им на несколько дней. Часть ее они изжарили, а остальное разрезали на тонкие полоски и повесили сушиться на солнце, чтобы предохранить от порчи.
   Их остановка на берегу реки длилась двое суток, на третьи они нагрузили на себя провизию, наполнили водой мешки, сшитые старым матросом из кожи кенгуру (причем иголка и нитки, конечно, нашлись в одном из четырнадцати карманов, заключавших в себе неисчислимое количество предметов, необходимых для жизни путешественника), и отправились дальше, держа путь к реке Стеркул, впадающей в залив почти напротив островов Эдуарда Пелью.
   Область, которую им теперь следовало пройти, была совершенно неизвестна; карта, спасенная доктором от ненасытной жадности австралийцев, не давала ровно никаких указаний, - видимый признак того, что до сих пор еще ни один европеец не отваживался проникнуть в необозримые равнины, простирающиеся к востоку по направлению к заливу Карпентария.
   Но эти четверо смелых людей, затерявшиеся посреди необозримой пустыни, не испугались лежавшей перед ними неведомой страны; они знали, что находятся всего лишь в ста шестидесяти или в ста восьмидесяти милях от океана, и бодро пустились в путь, надеясь добраться до него прежде изменника Ниро Варанга, если бы ему удалось привести своих подданных на этот столь отдаленный от озера Вудс берег.
   Так как инструменты, необходимые для географических измерений, были украдены дикарями во время разграбления драя, то обязанность указывать путь была возложена на Диего, имевшего маленький компас, привешенный к часовой цепочке.
   Казалось, что вся эта часть континента была не чем иным как громадной равниной, потому что ни в каком направлении не было видно ни малейшего возвышения. То была пустыня, покрытая песком и камнями и лишь изредка прерываемая иссохшими кустарниками да несколькими полуувядшими деревьями; в ней не было ни источников, ни четвероногих, ни даже птиц. Можно было подумать, что страна эта проклята самим Богом.
   Тем не менее беглецы продолжали продвигаться вперед; они останавливались лишь тогда, когда ноги совершенно отказывались их поддерживать, отдыхали в продолжение нескольких часов, затем снова шли вперед. Они боялись истратить захваченный ими с собой запас мяса, не достигнув берега океана, боялись остаться навеки в этих пустынных, спаленных солнцем равнинах.
   Маленький отряд шел таким образом в продолжение шести дней по нескончаемым песчаным равнинам, но на седьмой день он вынужден был остановиться. Последний кусок мяса был ими съеден еще вчера, а последняя капля воды выпита за целые сутки до остановки.
   - Да, - грустно проговорил Диего. - Кажется, уже самим Богом так положено, что в этой стране люди должны страдать от голода. Если бы я прожил на этом материке еще хоть один месяц, то вернулся бы в Парагвай суше сухаря и худее копченой селедки. Будь я австралийцем, я бы предоставил жить тут кенгуру и попугаям, а сам бы уехал и никогда больше не возвращался. Что ты говоришь, друг мой?
   - Говорю, что отдал бы мое ружье за кружку пива.
   - А я бы отдал свою бороду за стакан холодной воды. Черт возьми... до какого жалкого состояния мы дошли!..
   - Наши несчастья окончились бы, если бы мы дошли до берегов Стеркула. Там мы нашли бы и воду, и дичь, - сказал доктор.
   - Да, клянусь тысячей разбитых кораблей, хотел бы я знать, где находится эта река. Вот уже четыре дня, как мы идем, или, скорее, бежим, как лошади, нанятые за один пиастр в час, прямо на восток, а ее все еще не видать. А ведь поверьте, сеньор доктор, мы делали не менее тридцати миль в день.
   - Значит, мы сделали круг.
   - Да нет же, сеньор доктор, мы шли постоянно по прямой линии на восток, и мой компас не испорчен.
   - Если мы шли по прямой линии, то должны бы быть на берегу залива или очень недалеко от него, а мы еще не нашли ни реки Кенгуру, ни Стеркула.
   - А все-таки мой компас верен, вы можете поверить старому моряку. Еще вчера вечером юг, указываемый стрелкой, совпадал совершенно точно с Южным Крестом.
   - Не знаю, что и сказать, Диего. Знаю только, что мы заблудились в этих равнинах и что у нас нет ни сил, ни съестных припасов, ни воды, ни возможности отдохнуть и чем-либо подкрепиться.
   - Будущность непривлекательная.
   - Какая тут привлекательность! Я не знаю, как нам выйти из этого тяжелого положения.
   - Хоть бы, по крайней мере, найти змею, - проворчал Диего, - я, право бы, съел ее без отвращения.
   - Не будем отчаиваться, - сказал Кардосо. - Может быть, река и недалеко; я видел в той стороне черную точку, летевшую к востоку, быть может, это птица летела пить.
   - Да, но у птиц есть крылья, а наши ноги совсем отказываются нам служить, - грустно проговорил Диего.
   В эту минуту в отдалении раздался глухой гул, это мог быть или взрыв мины, или пушечный выстрел.
   Все четверо путников, несмотря на свою страшную слабость, вскочили на ноги, как один человек. Звук этот показался им столь странным, что они с изумлением смотрели друг на друга, и каждый думал, что он ошибся.
   - Это выстрел! - воскликнул наконец Эррера, бледнея от волнения. - Выстрел... здесь... в этой пустыне!..
   - Может быть, это наша митральеза! - воскликнул доктор.
   - Нет, нет!.. - поспешно ответил Диего. - Я испортил митральезу, унеся с собой обтюратор... это... это... пушечный выстрел! Сеньор доктор... сеньор Эррера... Кардосо... там океан!.. Бежим скорее!..
   И эти люди, за несколько минут до того бывшие почти не в состоянии держаться на ногах, словно подогретые надеждой, вновь почувствовали себя сильными, бодрыми, и все четверо, поддерживая, подталкивая и ободряя один другого отрывистыми словами и энергичными жестами, бросились бежать по направлению к востоку.
   Теперь они уже не чувствовали ни голода, ни жажды, ни усталости и бежали, задыхаясь, обливаясь потом и делая неимоверные усилия, чтобы не упасть, зная, что если упадут, то уже не встанут.
   После первого выстрела послышался второй и затем третий. Они раздавались где-то очень далеко, но что за беда? Там ждало их спасение, и они хотели во что бы то ни стало живыми или умирающими достичь берегов океана.
   Они не знали, где они находятся, но это их и не интересовало. Что это был за корабль, выстрелы которого раздавались в пустыне? Была ли то яхта сэра Хантера или какой-нибудь военный корабль? Это было для них вовсе не важно: как тот, так и другой одинаково примет их к себе на борт.
   Они бежали уже с четверть часа, когда Кардосо, опередивший их на несколько сот шагов, остановился и закричал им:
   - Река, река!..
   - Урра-а, мы спасены! - заревел Диего.
   Немного погодя доктор, Эррера и оба матроса подбежали не к одной, а к двум рекам сразу: они соединялись, образуя довольно широкую реку, направлявшуюся на восток. Теперь ошибка была невозможна: та, что текла с северо-запада, была Кенгуру, а та, что текла с юго-запада, - Стеркул.
   Не имея инструментов для точного определения географического положения тех местностей, где они проходили, они очутились как раз между двух рек, вовсе не подозревая об их близости.
   Теперь они могли считать себя спасенными; океан, или, точнее говоря, залив Карпентария, находился всего лишь в нескольких милях от них.
   Путники бросились в реку, перешли через оба потока и, освеженные этим купанием, направились вдоль по правому берегу. Они прошли с полмили, когда вновь услышали пушечный выстрел, затем частую ружейную стрельбу и резкий вой, как казалось, испускаемый многочисленной толпой людей.
   - Гром и молния! - воскликнул Диего, бледнея. - Да что же там такое происходит?
   - Это крики австралийцев, - сказал Эррера, - и если я не ошибаюсь, это боевой клич.
   - А стреляют белые, - подхватил доктор.
   - Неужели они осаждают яхту сэра Хантера? - спросил Кардосо.
   - Это людоеды Ниро Варанга! - закричал Диего. - Злодей, вероятно, ждет нас на берегу залива.
   - И старается завладеть яхтой, - сказал Кардосо. - Поспешим скорее к нашим на помощь!
   - Вперед, вперед! - закричали они все разом и пустились бежать к берегу, которого еще, впрочем, не было видно, хотя он должен был находиться на расстоянии не более одной мили.
   Пушка и ружья продолжали стрелять все с большим и большим ожесточением, а крики австралийцев становились все пронзительнее. Без сомнения, отвратительные людоеды старались завладеть судном, которое должно было принять на свой борт четверых беглецов. Как же они очутились у берега? Какой еще новый заговор осмелился составить злодей Ниро Варанга?
   Наконец оба матроса, Эррера и доктор, поочередно друг друга ободряя и один другому помогая, добежали до небольшого прибрежного холма, взбежали на него не останавливаясь и, оказавшись на его вершине, увидели ужасающее зрелище.
   Возле самого берега стояло небольшое парусное судно, сидевшее на мели, и экипаж его отчаянно защищался от нападения отвратительной толпы дикарей, старавшихся на него влезть.
   На корме судна развевался английский флаг, а на рее главной мачты был виден зловещий трофей, а именно повешенный человек!.
   Весь берег был покрыт убитыми и умирающими, но дикари, несмотря на оглушительный рев пушки, изрыгавшей, как казалось, картечь, и на ружейный огонь, все-таки не оставляли своего намерения завладеть судном и продолжали карабкаться на его палубу.
   - Вперед! - загремел старый моряк.
   И четверо путников сбежали с холма и напали на осаждающих, выстрелив почти в упор в ближайших дикарей.
   Австралийцы, уже и без того начинавшие колебаться, не выдержали, увидев, что на них напали с тыла, и быть может, вообразив, что к белым пришло подкрепление, бросились бежать и рассыпались по берегу, напутствуемые картечью, свалившей на землю еще человек двенадцать или пятнадцать.
   - Ур-ра! - заревел Диего.
   - Друзья! - закричал чей-то голос с палубы. - Слава Богу!.. В ответ на это Эррера и доктор разом вскрикнули:
   - Сэр Хантер, вы здесь?!
   - Своей собственной персоной!..
   - Тысяча молний!.. - воскликнул в эту минуту Диего, внезапно остановившись и вглядевшись в человека, висевшего на рее главной мачты.
   - Что с тобой, старина? - спросил Кардосо.
   - Посмотри-ка на повешенного!..
   Кардосо взглянул на него и испустил крик изумления: на мачте висел Ниро Варанга!..
   - Ну, теперь мы с ним в расчете, - сказал Диего.
  

Заключение

   Cэр Хантер, великодушный владелец яхты, принял своих друзей Эрреру и доктора, а также и двух храбрых моряков с распростертыми объятиями; правду говоря, он думал, что никогда уже больше с ними не свидится.
   Он уже целый месяц крейсировал у берегов залива Карпентария в ожидании смелых путешественников, наводил справки в различных местах этой пустынной страны, надеясь получить какие-либо сведения о их приближении от немногих дикарей, живущих в той местности.
   Прошло три дня, как он остановился у среднего из островов Эдуарда Пелью (это и было местом назначенного свидания), близ этого-то острова он и принял к себе на борт Ниро Варанга, без сомнения, подстерегавшего белых. Зная, что именно здесь ожидают путешественников, злодей явился на это место свидания, предварительно спрятав своих воинов за береговыми дюнами, и объявил сэру Хантеру, что его господа должны скоро прибыть и просят его подвести судно к берегу и ждать их в известной ему бухте. Англичанин, знавший Ниро Варанга и вовсе не подозревавший, что он изменник, попался в ловушку, отойдя от острова и велев Ниро Варанга направить яхту в вышеозначенную бухту. Австралиец, задумавший захватить в свои руки судно, подвел его к тому месту берега, где были спрятаны его подданные, и посадил на находившуюся в расстоянии трех метров от берега песчаную отмель.
   Два часа спустя дикари набросились на яхту как раз в тот момент время, когда экипаж сошел на берег и всячески старался стащить судно с отмели. Сэр Хантер и его люди едва успели подняться на палубу, где и застали Ниро Варанга, старавшегося заклепать маленькую пушку, чтобы лишить сэра Хантера его лучшего средства защиты.
   Только тогда последний понял, с каким злодеем он имел дело, и весь экипаж, взбешенный тем, что они попались в ловушку, не долго думая повесил злодея на мачте.
   Так окончил свое существование этот смелый разбойник, мечтавший покорить всю Центральную Австралию, чтобы затем грабить богатые города английских колоний.
  
   Сэр Хантер и его экипаж чрезвычайно радушно приняли выбившихся из сил путников, появившихся как раз кстати, чтобы помочь им отбить нападение австралийцев. Наконец-то Диего мог съесть прекраснейший обед, а столь сильно страдавший от жажды Кардосо осушил несколько бутылок превосходного пива. Без сомнения, они имели полное право вознаградить себя за перенесенные ими лишения, голод и жажду.
   На другой день судно, попавшее на мель во время отлива, снялось с нее без особого труда во время полного прилива и вечером того же дня оставило берег и поплыло по водам залива, унося с собой героев этого трудного путешествия.
   Двадцать шесть дней спустя яхта бросила якорь в порту Аделаиды. В это время туда уже пришла телеграмма из Брисбана, сообщавшая о прибытии храбрых парагвайцев, так что на берегу их ожидала громадная толпа публики, растроганной и заинтересованной их невероятными приключениями.
   В их честь были даны великолепнейшие празднества, а газеты всех австралийских городов поместили их портреты и дали подробнейшие описания всех приключений этого чудесного путешествия, подобное которому удалось совершить только одному несчастному Бурке.
   Мельбурнское географическое общество заказало выбить четыре большие золотые медали, которые и были розданы четырем путешественникам, а несколько богатых англичан и американцев прислали Диего и Кардосо толстую пачку кредитных билетов.
   Месяц спустя четверо путешественников отплыли в Америку, а через сорок шесть дней высадились в Асунсьоне. Затем сеньор Эррера снова принялся за исследование малоизвестных стран; доктор Альваро опять поступил на службу на один из лучших крейсеров парагвайского флота, а Диего и Кардосо купили на полученные ими деньги прекрасный бриг, плавают на нем и зарабатывают себе деньги. Оба они навсегда отказались от всяких исследований, найдя, что с них совершенно достаточно знакомства с Ниро Варанга и с людоедами.
  
  
   "В дебрях Атласа; сокровище президента Парагвая; Страна чудес; Ловцы трепанга": Терра; Москва; 1992, ISBN 5-85255-185-6
   OCR Roland
   Библиотека Альдебаран: http://lib.aldebaran.ru
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Категория: Книги | Добавил: Armush (20.11.2012)
Просмотров: 310 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа